Книга Попаданка в цыганку. Держитесь, черти, ай-на-нэ!, страница 6 – Рин Дилин

В шаре сиял символ, обозначающий первую букву алфавита. Принцип, который предложила Зельда, был схож с листанием картинок на смартфоне. Смахивай пальцем символы в сторону, и всё. Сущая ерунда для нашего технического мира. Я подошла и уверенно взялась за дело.

Неприятное различие миров обнаружилось сразу. Местный алфавит состоял из шестидесяти трёх букв-иероглифов, и, чтобы написать моё имя из восьми земных букв, требовалось подобрать более десяти иероглифов. И это только навскидку.

Поэтому, мгновение поразмыслив, я сократила своё имя до привычного «Лика» и ткнула на шаре нужные символы.

— Не густо, — хмыкнула Зельда, — коротенькое совсем. У нас клички для собак и то длиннее.

Я закатила глаза и презрительно фыркнула: твоё мнение забыла спросить. Это ты ещё фамилию мою нежную девичью не знаешь.

— Ладно-ладно, — хихикнула гадалка, — я пошутила. Предположим, что это домашний укороченный вариант. Так-с, посмотрим, что у нас тут имеется, — она снова заводила над шаром руками, и тот стал проецировать над собой строчки змеистых иероглифов.

Витиеватые имена начинались с «Лика». Фамилии не уступали в заковыристости. Я читала, морщилась, качала головой, и цыганка листала дальше. Внезапно всплыло имя, и Зельда поторопилась его смахнуть в сторону.

— Одно мужское затесалось, — пояснила она.

Я не удержалась и пролистнула назад. Ликандр Меррелль. Было в этом имени что-то такое… Я несколько раз произнесла его про себя, пробуя на вкус.

Свобода раздолий, ветер в волосах и пляски с танцами у костра до самого утра. Кипучая молодость по жилам, огонь в глазах и вихри и музыки — вот что слышалось мне в этом имени.

Я радостно хлопнула в ладоши — это имя решительно мне подходит, беру!

— Понравилось? — скептично поинтересовалась Зельда, и я кивнула.

Цыганка так вздохнула, что будь у неё нормальное лицо, а не деревянное, сейчас бы сморщилось всё в недовольную кукульку.

— Но оно же мужское… Ладно ещё фамилия, но имя… выбери какое-нибудь другое.

Я закатила глаза и поцокала языком: темнота-а-а… Долго ли его сделать женским? Действуя пальцами, как на сенсорном экране, увеличила имя и ногтем подписала корявую закорючку в конце — «а».

— А… — непонимающе протянула Зельда, но тут до неё дошло: — А-а! Ликандра Меррелль!

Она радостно потёрла ладони, извлекая из них звук деревянной трещотки.

— Теперь дело за малым: суй в щель монету и вставляй в круглое отверстие левую руку.

Я недовольно приподняла брови и демонстративно сложила руки на груди.

— Ой, беда-а… Совсем шуток не понимаешь. Ладно, про деньги я пошутила. Но руку вставь. Иначе как я тебе именное клеймо сделаю? У нас без него никуда, вместо документов. С отлётом души девочки её именное клеймо исчезло, и теперь тебе нужно новое. Правда, это всё незаконно… Да и клеймо временное… Но ты же никому не скажешь, правда? Будешь нема как рыба? Держать язык за зубами, так сказать, хи-хи-хи…

«Святые помидоры! Избавьте меня от этого демонического деревянного юмора. Хорошо, что я не разговариваю, а то сейчас бы сказала этой рогатине пару ласковых. Да вот, боюсь, не видать мне потом своих документиков, как Зельде ног. Хорошо ещё, что она не читает мысли, и я могу костерить её, как хочу», — я злорадно улыбнулась и сунула ладонь в подходящую дырку на автоматоне.