Книга Запретная алхимия, страница 217 – Стейси Макьюэн

«Слишком поздно, – подумала я. – Слишком, мать его, поздно».

Мое сердце споткнулось. Патрик… где он?

Я напрягла зрение, глядя на холмы, словно могла найти там его и его людей, готовящих оборону, пока армия марширует прямо на них.

Но горизонт был окутан тьмой. Никакого огня или искр. Холмы не дрожали.

Но дрожал сам Кентон. Фонари теперь раскачивались угрожающе, хотя ветер стих.

Затем раздался взрыв.

Не с холмов.

Не из-за пределов Кентона, а изнутри.

Между крышами развернулось изысканное облако огня, точно расцветающее солнце.

Я почувствовала его жар даже с такого расстояния, услышала, как первые крики поглотили воздух.

Мой желудок скрутило.

— Нет.

А потом я побежала. Я слетела вниз по лестничным пролетам, двери распахивались, обитатели выливались наружу, как и я, каскадом спускаясь по площадкам, через вращающуюся дверь и сквозь паб.

Я выскочила на Мэйн-стрит, как и сотня других горожан. Мужчины были полуодеты и вооружены длинноствольными ружьями, женщины в ночных сорочках с детьми на руках. Глаза, полные замешательства, устремились к рассеивающемуся облаку в небе.

Наконец взвыла сирена.

Тяжелая рука стиснула мое плечо.

Ганнер тяжело дышал рядом со мной, одной рукой натягивая рубашку через голову, в другой держа дробовик.

— Взрыв газа, – сказал он. – Возвращайся внутрь.

Он крикнул то же самое тем, кто стоял разинув рты на улице.

— Нет, – сказала я, ухватив его за запястье. – Послушай.

И тогда он услышал то же, что и я. Шум нарастал с пугающей скоростью. Звон бьющегося стекла, череда коротких взрывов, женские крики, рев огня.

Лицо Ганнера превратилось в маску.

— Господи всемогущий, – выдохнул он. Ноги понесли его вперед, словно сами по себе, навстречу всему этому пылающему красному.

Он набрал скорость, и я помчалась за ним.

— Армия Лордов! – крикнула я ему.

И он остановился, словно его подстрелили.

— В туннели! В бункеры! – проревел он, его голос отразился от кирпичных фасадов и сотряс окна. – Все способные держать оружие – за мной!

Он колотил прикладом своего ружья в каждую дверь, мимо которой пробегал, едва замедляя бег. Он направил ствол в небо и выстрелил дважды.

Окна вокруг распахивались, жители с криками выбегали на улицу.

— В туннели! – орал он. – Нас атакуют!

Следующие моменты остались в моей памяти мутными картинками. Лишь вспышки шума и обезумевшие мужчины и женщины со своими плачущими детьми.

Ремесленники исчезали в решетках в земле и выбрасывали на брусчатку всевозможное оружие. Пули катились в сточные канавы. Краснолицые мужчины в трусах и полурасстегнутых рубашках бежали на помощь. Женщины выныривали из толпы с ружьями наперевес.

И я двигалась вместе с этим потоком, наблюдая, как небо наливается кроваво-красным.

Они не останавливались, пока не достигли небольшого переулка, ведущего к площади, тени защищали их.

Ганнер держался в авангарде.

— Стоять, – скомандовал он остальным, и приказ передали по цепочке.

Крыши на площади горели. Окна полопались от силы пламени, вырывающегося наружу. Стекло хрустело под ногами.

Лишь горстка заведений осталась нетронутой, и одним из них было ателье «Дамская мода».

Потоки солдат армии выливались из его дверей, рвались к арке, растекались по всему городу.

Только трое стояли неподвижно на площади, одетые в длинные темно-синие мантии. Женщина и двое мужчин, огонь срывался с их ладоней.