Книга Падшая, страница 91 – Инна Дворцова

Я ушла в кабинет и закрыла дверь.

Письмо пропахло тонким ароматом лаванды, который сестра так любила.

Я не аккуратно разорвала конверт и развернула лист.

“Дражайшая сестрица Лизонька!” — начиналось письмо с лже-ласкового обращения, которое хлестнуло, как крапива.

“Не представляешь, как мы с матушкой убиваемся из-за твоего ужасного положения! Быть сосланной в дикие края, в это гнездо нечисти, что может быть страшнее для благородной девицы? Я каждый день молюсь о твоей заблудшей душе. Отец, к слову, заперся в кабинете и никого не принимает. Сердце его разбито твоим падением”.

Я горько усмехнулась. Сердце разбито или совесть терзает?

“Но жизнь в столице продолжается. Должна поделиться с тобой своей радостью, ведь мы были так близки! Помнишь Сергея? Князя Воронцова? После твоей… выходки… он был безутешен. Но я, как могла, утешала бедного друга. И наши долгие беседы у камина принесли плоды. На прошлой неделе он сделал мне предложение! Свадьба после Рождества. Матушка говорит, это лучшая партия в сезоне”.

Сергей Воронцов. Мой бывший жених. Я почувствовала укол, но, к своему удивлению, это была не острая боль, а лишь тупое, фантомное нытьё, как от давно зажившей раны. Образ его красивого, но безвольного лица уже потускнел. Камилла получила то, о чём мечтала: мой титул, моё состояние и моего жениха. Пусть так.

“Всё произошло так стремительно…

Как жаль, что ты так далеко и не можешь разделить с нами радость.

Он долго страдал после твоего… исчезновения. Говорил, что был ослеплён и обманут. Но теперь, когда правда открылась, он счастлив вновь обрести покой.

Надеюсь, эта новость хоть немного скрасит твоё унылое существование. Знай, что хотя бы одна из нас будет счастлива, и не держи зла. В конце концов, судьба расставляет всё по местам.

Береги себя. Вдали от соблазнов и опасных знакомств.

Твоя любящая сестра, Камилла”.

Я дважды перечитала письмо. Вежливые, почти нежные слова не могли обмануть меня. Между строк сочился яд. Она, наверно не одно письмо написала, чтобы выбрать слова побольнее: “после твоего исчезновения”, “ослеплён и обманут”, “правда открылась”.

Я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза.

Сергей им поверил, а со мной даже не поговорил. Слишком быстро поверил. И вдруг делает предложение Камилле. Вот тут она права и правда “стремительно”. Будто ждал только удобного момента.

Снова взяла письмо Камиллы.

“Правда открылась”. Какая правда? Та, что им выгодна?

Я медленно сложила письмо.

А если это была не просто семейная интрига? Не просто заговор мачехи и её дочери из-за жениха? А часть чего-то большего…

Тогда и доносы в инквизицию укладываются в эту картинку. Меня не просто хотели убрать, меня хотели использовать.

Я подошла к окну.

Во дворе Варя что-то оживлённо говорила Степану. Он слушал, слегка улыбаясь.

Здесь, в Диких землях, всё было настоящим. Я сжала письмо в руке.

— Значит, играем дальше, — прошептала я.

Если они думают, что я сломлена — я не буду разубеждать. Если считают меня изгнанной и безопасной — тем лучше.

Теперь я знаю, что моё изгнание не было не ошибкой. Это был заговор. И я намерена выяснить чей, а главное, с какой целью.

Прошла неделя. Потом вторая. Михаил не приезжал.

Каждый день я просыпалась с надеждой, а засыпала с тяжёлым сердцем. Каждый скрип колёс на дороге, каждый стук в ворота заставлял меня вздрагивать. Но это были либо телеги Егора с припасами, либо кто-то из деревенских по своим делам. Губернатор не появлялся.