Книга Джули Чан мертва, страница 149 – Лианн Чжан

— Я зашел просто починить интернет. – Он бросает взгляд на Фиону, и на его лице появляется натянутая, слишком знакомая улыбка.

Внутри что-то обрывается. Я узнаю эту улыбку где угодно, это выражение, отчаянно жаждущее одобрения.

Виктор.

— Ему нужно уйти, – говорит Шеннон, расхаживая по гостиной. Мы уже распустили всю остальную команду.

Я бросаю взгляд на Виктора. Он сидит на моей кровати, колени плотно сжаты. Каким-то образом он сумел выйти на Фиону и сказал ей, что я пообещала помочь ему, когда мы выберемся с острова. Фиона не стала задавать вопросов. Скорее всего, просто уставилась в восхищении на его безупречные скулы. Мне, наверное, стоило бы отругать ее за халатность в вопросах безопасности, но, как ни странно, появление Виктора может сыграть нам на руку.

— Тебе нельзя разговаривать со свидетелями без судебного контроля, – продолжает Шеннон. – Это может обернуться для тебя серьезными проблемами.

— Мне нужно всего несколько минут. Не больше. Я почему-то уверена, что он может нам помочь.

После некоторых уговоров Шеннон неохотно разрешает мне поговорить с Виктором. Я сажусь рядом с ним на кровать и кладу руку ему на плечо.

— Как ты?

Он несколько секунд качает головой, прикусывая губу, а потом вдруг разражается слезами. Сквозь всхлипы он что-то бормочет:

— Плохо… все… все умерли! Ты… ты тоже исчезла…

Пожалуй, я ни разу не видела, как плачет взрослый мужчина, и уж точно не ожидала, что Виктор будет рыдать так громко. Мне остается лишь неловко похлопывать его по спине.

— Я знаю. Прости. Меня буквально держали под замком.

Он вытирает сопли тыльной стороной запястья, как ребенок, и я, с трудом подавив отвращение, протягиваю ему коробку с салфетками. Он вытаскивает одну, но не пользуется ею, продолжая всхлипывать еще несколько секунд, прежде чем его дыхание, прерываемое икотой, немного выравнивается.

— Я не знаю, что делать. Люди все время задают вопросы, спрашивают, все ли со мной в порядке, делала ли Белла Мари мне что-то плохое… Я не знаю, как отвечать. Я никогда не думал, что она вредит мне. Я просто делал, что нужно, что мне говорили. Но, может, это и правда плохо? Такое странное ощущение… Я не знаю. Я совсем запутался. Что мне делать?

— Ты спрашиваешь у меня?

— А у кого мне еще спрашивать? У меня больше никого нет. Ты обещала мне помочь.

Я вздыхаю, думая, как бы помягче его разочаровать. Чем же помочь? Я не могу его подвести. Я прекрасно понимаю его состояние. Он одинок, сломлен, его выбросили из привычного мира. Собака без хозяина. И теперь у него есть только я…

Я.

Возможно, я жестока, но останавливаться поздно.

— Я могу тебе помочь.

Его глаза с надеждой расширяются.

— Правда?

— Да. Я помогу тебе разобраться со всеми вопросами властей и с остальным тоже. Например, найду для тебя олимпийскую медаль и попробую превратить тебя в икону стиля уровня Скарсгарда, как и обещала на острове. Но только если ты будешь делать все, что я скажу. Абсолютно все.

Он восторженно кивает, сжимая мою руку. Я стараюсь не обращать внимания на влажный след соплей на своей коже, а он тем временем рассыпается в благодарностях:

— Спасибо. Спасибо!

Я похлопываю его по голове и включаю телевизор. На первом канале идет мультфильм «Губка Боб Квадратные Штаны». Виктор мгновенно устремляет взгляд на экран.