Книга Приют Русалки, страница 78 – Лэй Ми

После обеда по расписанию были уроки языка и литературы, алгебры, английского и политподготовки. В глазах других людей Цзян Тин вовсе не изменилась: казалась такой же тихой смышленой девочкой, которая внимательно слушала учителей и писала конспекты.

Но на протяжении всего послеобеденного времени она ощущала, насколько сильно взволнована. В ее памяти непрерывно всплывало искаженное неловкостью, ненавистью и гневом лицо Ма На – это даже сделало ее безобразной. Цзян Тин держалась с достоинством и четко проговаривала свои слова. Это и было ее ответным ударом. Она чувствовала, как пылают жаром ее ноги и руки, и даже лицо покраснело.

«Это тот момент, Ма На, когда все пошло не по твоему плану; тот момент, когда тебе стало неприятно!»

* * *

Это продолжалось и вечером. Цзян Юйшу тоже почувствовала какие-то необычные изменения в дочери. Подавленная и индифферентная Цзян Тин вдруг воспрянула. Она не только открыто разговаривала и смеялась, но даже включила веселую музыку, пока делала домашнее задание.

Хотя Цзян Юйшу пребывала в крайнем недоумении, она все же невольно заразилась от нее приподнятым настроением. Порезав фрукты, понесла их в комнату дочери. Увидев, как та пишет задания по математике и одновременно поводит плечами в такт музыке, улыбнулась.

— Сиди спокойно, – она хлопнула дочь по плечу, – а то как обезьянка…

Цзян Тин ухватила кусок яблока и отправила в рот, состроив гримасу.

— Да что с тобой сегодня, дочь? – Цзян Юйшу присела на край кровати. – Случилось что-то хорошее?

— Нет, – Цзян Тин помотала головой. – Просто обезьянка съела фрукты и сейчас довольна.

— Чертенок… – Юйшу шутливо ткнула пальцем в лоб дочери. – Тебя будто подменили… Пиши повнимательнее.

Она вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. И не заметила, что ручка в руках дочери остановилась. Потому что в мыслях Тин вновь возник образ служанки С.

* * *

Все еще вдохновленная радостным настроением дочери, Юйшу решила, что сегодня вечером тоже позволит себе расслабиться – и отложит на время утомительную работу с расчетной книгой. Помыв себе большое красное яблоко, она комфортно разлеглась на диване и включила телевизор – из него как раз кстати доносилась песня из фильма «Наслаждение». «Я собираюсь попробовать это на вкус… я собираюсь сказать о своих чувствах. Незачем волноваться, я открою перед тобой свое сердце…»

Песню перебил звонок в дверь. Цзян Юйшу, кусая яблоко и мыча под нос: «Любить его – это уноситься в заоблачные дали…», направилась к двери. Она даже на секунду не задумалась, кого могло принести к порогу их дома глубокой ночью.

Только приоткрыв дверь, она почувствовала, как ухнуло куда-то вниз ее сердце. Тут же собиралась захлопнуть дверь, но Сунь Вэймин втиснул руку в щель между дверью и косяком.

— Десять минут. Мне просто нужно десять минут. Хорошо? – с мольбой попросил он.

Цзян Юйшу кинула взгляд на комнату Цзян Тин. Затем с безразличным лицом отступила назад.

Сунь Вэймин быстро протиснулся в квартиру. Сняв обувь, он обнаружил, что Цзян Юйшу уже сидит за обеденным столом в ожидании – и прошел туда.

— Даю тебе ровно десять минут… – Она осознала, что все еще держит в руке яблоко, – и со стуком опустила его на стол. – Если есть что сказать – говори быстрее.

— Ладно. У меня тоже нет желания болтать с тобой попусту… Ты ведь не согласна, чтобы я взял Тин-Тин с собой в Пекин, так?