Книга Шпионская леска, страница 98 – Лен Дейтон

— Вот именно. Сплошной туман. Все выглядит совершенно естественно, если только не знаешь Клейндорфа.

— Ну хорошо, — сказал я. — Допустим, товар поступает из Азии. Они привозят его в Восточный Берлин. Таможня в аэропорту «Шёнефельд» пропускает его, потому что их политика — не мешать разлагающемуся Западу успешно разлагаться. Все это понятно. Одного лишь я не понимаю: почему партии наркотиков совершают круг и снова возвращаются на Восток?

— Из Азии привозят сырье. Только с великой тоски можно употреблять такое дерьмо. На этом конце цепочки неизвестна технология очистки. И нет ни средств, ни оборудования. Да и желания рисковать…

— Еще кофе, Рольф? — Я подал знак официантке.

— Славное местечко, — тоном знатока произнес Маузер. — Я рад, что встретил тебя, Бернд.

— Что за люди на Востоке покупают это? — спросил я. — И откуда поступают деньги?

Признаться в своей неосведомленности Рольф Маузер явно не желал.

— Ты же знаешь, Бернд, как делаются подобные вещи.

Он замолчал, как если бы сказал нечто совершенно очевидное. Хотя, возможно, так оно и было. Но мне-то нужен был другой ответ.

— Ты не мог бы рассказать подробнее? — не отступал я.

— Разрешения. Импорт. Контракты. Подпись и штамп. Имеешь там связи — получишь здесь деньги. Ты же все знаешь, Бернд. Как и твой друг Вернер Фолькман. — Рольф выпустил густое облако дыма. Стало быть, нервничал…

— Надеюсь, ты не хочешь сказать, что Вернер был в этом замешан? — До того как принять управление отелем Лизл, Вернер сделал большие деньги на вексельных операциях: проводил экспортно-импортные сделки таким образом, что ГДР не теряла на этом твердую валюту. То есть Вернер был одним из тех, чье материальное благополучие зависело от «подписей и штампов».

— Не знаю. — Он махнул рукой. — Но если и был замешан, то ушел от этого бизнеса как раз вовремя.

— Ему сейчас не до наркотиков, он занят отелем. — Я увидел, как Рольф стряхивает сигарный пепел, и мне тотчас же расхотелось курить: дым, вонь, пепел — мысль о курении вызывала отвращение.

— Да, занят отелем, — кивнул Маузер. — Я бы на твоем месте тоже подыскал себе какое-нибудь занятие, Бернд. — Он взглянул на меня многозначительно. — Потому что по обе стороны Стены есть люди, которые ищут козла отпущения. Ты отлично подходишь для этой роли.

— Как перевозчик наркотиков?

— А свидетельства обеих сторон? Этого будет более чем достаточно. Кто поверит в твою невиновность, если Восток и Запад выдвинут единую версию?

— Откуда ты это все знаешь, Рольф?

— Я знаю многих, а имеющий уши…

Я просидел с ним еще с полчаса, но Рольф решил ничего больше не рассказывать, или, может быть, ему больше нечего было рассказать, он завел речь о своей семье и о наших общих знакомых. В числе тех, о ком мы говорили, не оказалось вышеупомянутой родственницы из Льютона. Я задумался: не была ли его кузина всего лишь прикрытием истинной цели его приезда? В отделе достаточно канцелярских крыс, которые были бы счастливы заполучить кого-нибудь вроде Рольфа Маузера, чтобы раздуть свои и без того занудные и тенденциозные отчеты по ГДР, отчеты, имеющие мало общего с действительностью. Для него было бы самоубийством продолжать работать на нас, но если бы, с одной стороны, отдел оказал на него давление, на что там всегда готовы, если можно кого-нибудь к себе заполучить, а с другой стороны, проявилось бы присущее Рольфу Маузеру стремление к риску и к деньгам, не исключено, что он так бы и поступил. Нельзя было сбрасывать со счетов и возможность того, что он ведет двойную игру. Я надеялся, что занимающийся им сотрудник отдела это учитывал и постоянно помнил об этом.