Онлайн книга «Вы заказывали убийство…»
|
Почти в упор на него был направлен пистолет с длиннющим глушителем. Маленький, щуплый Дод твердо стоял на ногах. — Касса не делится… Касса берется целиком… Изумленный Руслан Иванович прошептал: — Вот оно что… Это тоже мать сказала? — Не мать, а мама… Но я бы все равно убил тебя… — Очнись, Мудрец… — Я для тебя всегда был Окурком… Да, ты вытащил меня из грязного аула, но перед этим убил моего брата… Когда убивал, ты знал: кровь разделяет! И эта кровь пока не отмщена… О детях я позабочусь… Прощай… – Он выстрелил в сердце. Руслан Иванович упал и покатился под откос, а Дод все стрелял и стрелял, пока не опустошил обойму. Швырнул следом пистолет и не спеша вернулся в машину. Он потянулся к заднему сиденью и взял кейс Руслана Ивановича, открыл и убедился, что дискета Коршилова и документы на последнюю сделку на месте… Обстоятельно раскурил сигару, включил щетки-дворники. Дождь набирал силу… Неизбежные контакты с медициной и милицией заняли у Емели остаток ночи и часть утра. Опустошенный и потерянный, он оказался на мрачных московских улицах. Что делать? Куда идти? Зачем жить? Мозг как бы отключился. Подсознательно, помимо воли действовала примитивная программа: ноги шагали, он переходил улицы, сворачивал в переулки, прокатился несколько остановок на троллейбусе. Прохожих, пассажиров было не так много, но он всем мешал: его толкали, дергали, ругали. Он не чувствовал боли, не слышал голосов, не замечал первых снежинок в морозном воздухе. Перед салоном толпились телевизионные репортеры и газетчики, их машины заняли тротуар. Емелю никто не знал в лицо, и к нему никто не пристал. Он спокойно сел в машину Валерия, часы на приборной доске показывали 10:30. Один из рекламных плакатов с именем Любови Стрешневой был сорван, от взорванного «Запорожца» не осталось и следа – все убрали, помыли, подчистили. Группа репортеров набросилась на вышедшего из салона криминалиста. Емеля поспешил отъехать от места, где рухнула и потеряла всякий смысл жизнь. Он управлял машиной одной рукой, пальцы другой лишь слегка поддерживали руль, скорость не превышала 40 км/час. А куда он, собственно, едет?.. В аэропорт! Зачем… Ах да… И все-таки, зачем?.. Руслан Иванович в Таллине… Давид Ахметович на пути в Санта-Крус-де-Тенерифе… Имеет право… Вокруг все было серым, впереди чадил миксер-цементовоз. Хотелось обогнать его, но все время кто-то мешал. Хотелось включить мозги, но в ржавом механизме что-то заело. Какая-то сила тянула его в аэропорт. Наконец он ловко обогнал цементовоз и тут же оказался перед таким же чудовищем, только еще хуже: на его колесах не оказалось фартуков, и вся грязь летела в лобовое стекло Емелиной машины. Перед самым аэропортом дорога раздвоилась. Колонна миксеров ушла на стойку, а Емеля подрулил к сектору вылета, вышел из машины и зачем-то направился в зал ожидания. Обычный гвалт, толчея, неразбериха. К общему шуму добавлялись объявления о прилетах-вылетах и бубнеж свисавших с потолка телевизоров. Неожиданно Емеля наткнулся на автосправку – настенный динамик справочной службы. Нажал кнопку. — Говорите! – прохрипел динамик. — Рейс на Тенерифе 1233 вылетел? Пока, прильнув ухом к динамику, ждал ответа, взгляд машинально остановился на экране ближайшего телевизора, на котором застыл портрет Руслана Ивановича Залеева. |