Онлайн книга «Вы заказывали убийство…»
|
— Командир… – прошептала она, и он узнал ее голос. Она спустила пониже одеяло и нежно, чтобы не причинить боль, грудью прижалась к нему. Степанов проснулся, прикосновение женской груди горячило, волновало, выносило его из темной пропасти, в глазах впервые за последние дни появился огонек, и легкие захватили весь имевшийся в палате воздух. Ксения улыбнулась и отстранилась. – Здравствуй, командир… — Где я? — В больнице… Далеко от Москвы… — Да… да… я знаю, вспомнил… Как ты попала сюда? — Очень просто, автобусом Москва – Брест… — А носороги? Как они пустили тебя? — Я им сказала, что ты мужчина моей мечты… — Мужчине твоей мечты пятьдесят. — На двоих семьдесят пять… Совсем немного! — Я счастлив… — И я счастлива… В Москве все ждут не дождутся тебя. Я очень счастлива, командир! Вечером того же дня Степанов был доставлен в Москву санитарным Ан-26 и помещен в обычную клиническую больницу, и, странное дело, именно с этого дня интерес компетентных органов к нему пропал напрочь. Во всяком случае, визиты следователей прекратились, а палату никто не охранял, зато началось паломничество коллег. Все интересовались подробностями, хотели чем-то помочь и, естественно, желали скорейшего выздоровления. А оно шло полным ходом: через неделю Степанов впервые самостоятельно встал с койки, а через две бродил по задворкам больницы, выполнял процедуры и все предписания врачей, мечтая о дне, когда сядет за штурвал любимого Ил-62, но до этого было далеко, предстояло еще пройти длительный реабилитационный курс в санатории, поработать на тренажере, восстановить профессиональные навыки, а главное – получить добро свирепой медицинской комиссии Министерства гражданской авиации. Но был и еще один вопрос, возможно, важнее всех остальных, – это жилье. Известие о сожженной дотла квартире поначалу никак не затронуло его, еще стояли перед глазами лица бандитов, а по ночам мучили кошмары, но по мере выздоровления мысль о том, где и как он будет жить дальше, не давала покоя. У него не осталось ни одной книжки из библиотеки, которую всю жизнь собирал по всему свету, ни одной фотографии и даже носового платка. Единственное, что осталось из прежней жизни, это память, которая сохранила, помимо всего прочего, и некоторые номера телефонов, и вот по одному из них давно уже хотелось позвонить… Емельян Петрович Стрешнев спас ему жизнь, именно благодаря его подарку он узнал, кто такой на самом деле Николай Ильич Круглов! Степанов очень хотел повидаться с Емелей, но откладывал встречу до того дня, когда окончательно выздоровеет и обретет прежнюю форму. Были и еще некоторые соображения, по которым он оттягивал встречу. День такой, казалось, наступил, но событие, которое иначе как идиотским не назовешь, выбило Степанова из колеи. Незадолго до выписки из больницы, утром, когда он еще лежал в постели, палату заполнили белые халаты во главе с главным врачом, бегло осмотрели стены, больных, пошептались о чем-то и, предупредив Степанова, чтобы он не вставал, удалились, а вскоре явились санитары и медсестры. Они переселили всех соседей Степанова в другие палаты, вынесли опустевшие кровати, тумбочки и стулья, превратив четырехместную палату в одноместную. Санитарка тетя Маня, пожилая женщина с басовитым грубым голосом, короткими кривыми ногами, почти всегда пьяненькая, но добрая и всеми любимая, протерла окна, вымыла пол, приволокла откуда-то огромный цветной телевизор, поставила на тумбочку в изголовье Степанова телефонный аппарат с огрызком провода, украсила подоконник двумя горшками цветов, еще раз протерла намотанной на швабру тряпкой пол и, оставшись довольной результатами своих трудов, вытащила из-под халата плоскую бутылочку и сделала пару глотков. |