Книга Петля Сергея Нестерова, страница 291 – Руслан Григорьев

— Ну и слава Богу! Мы через неделю будем в Москве, встретимся, поговорим. Любе большой привет.

«Откуда он возник? Чего всколыхнулся?» – спросил себя Нестеров, запивая остатки еды чаем. Но, наверняка, не просто так. Юра – человек тонкий, всегда нос по ветру держит. Один из первых, мобилизованных Московским комитетом КПСС на организацию кооперативного движения. С заведующего лабораторией прикладной математики переквалифицировался на устроителя кафе, ресторанчиков, хлебопекарен и всего такого прочего. Неожиданно для многих, в том числе для себя самого, проснулась хозяйская жилка, и он быстро стал преуспевающим кооператором, эдаким купцом на новый манер. Появились деньги, и немалые: машина, дача, обстановка и все остальное. Но счастье длилось недолго – наехали на него бандюки и для разговора в лес вывезли, чтобы «добровольное» согласие поиметь на участие в его делах. На словах он его дал, чего-то даже подписал и, получив свободу передвижения, в отчаянии бросился за помощью к друзьям-знакомым, среди которых оказался Константин Леонидович Лебединский, милый доктор, неоднократно помогавший Нестерову. По его просьбе Сергей через старых друзей нашел концы, переговорил с мужиками из московского управления КГБ, и они взяли Перхушкова под свое крыло, как креатуру МГК КПСС. Утерся, не солоно хлебавши, криминальный элемент и отстал от кооператора. А он, узнав от Лебединского, кому действительно обязан благополучным выходом из сложной ситуации, сделал со своей стороны все, чтобы ненавязчиво отблагодарить и наладить со спасителем самые добрые отношения. Они хоть и дружили с тех пор, можно сказать, домами, но по-настоящему близких отношений так и не возникло. Поэтому для Нестерова было непонятно: чего, собственно, Юрий Иванович так озадачился его судьбой? Раздумывая над всем происшедшим сегодняшним утром, Сергей, хоть и было всего начало девятого, торопился на работу. Информация, как раскаленный уголь, руки жгла.

Моренов, открывая дверь кабинета, услышал, как надрывается телефон оперативной связи. «Японский городовой! Кто ж такой настойчивый? Или случилось чего? А чего еще хуже может быть того, что уже случилось?».

— Да, слушаю!

— Ну, наконец-то! – раздался голос Нестерова. – Зайти можно?

— Попробуй тебе откажи, ты ж настырный.

Выглядел Сергей неважно, хотя и его начальник смотрелся не лучше, два сапога – командировочная пара.

— Здорово! – Владимир Андреевич, как обычно, с подковыркой, первым начал разговор. – Давно не виделись, я уже соскучиться успел. Давай, выкладывай, что у тебя.

— «Саблин» нарисовался.

— Та-а-к, – протянул Моренов, подозревая, что последует интересное продолжение. – И что?

Нестеров подробно изложил фактуру произошедшего разговора, без ремарок и комментариев. Выслушав, Моренов вышел из-за стола, размышляя, продефилировал по кабинету и вернулся в исходное положение.

— То, что наш Славик на самом верху, вернее около него, – очень хорошо. Сейчас, – Владимир сделал паузу, – для него и для нас, – хорошо, а что будет хорошо для него и для нас завтра – не знает никто. Мужик он ответственный, к тому же идейный, не за деньги работал и работает, а за идею и по призванию, как и мы с тобой. Так что, несмотря на слова товарища Нестерова, что материалов на человека под псевдонимом «Саблин» нет, информировать нас, точнее тебя и меня, он не перестанет, не предаст нас двоих и Родину в нашем лице. Да и вряд ли Слава поверил тебе. Сказки только в сказках бывают: «Не успел добрый молодец слово молвить, а желание его уже исполнилось!». Но в том, что ты его не бросишь – он не сомневается. Сто процентов. И то, что Славика нам надо беречь как зеницу ока, тоже обсуждению не подлежит. А в целом есть, конечно, над чем подумать: и по поводу его судьбы, и по возможным заходам на нашу территорию. – Он посмотрел на аппарат прямой связи с начальником Управления и продолжил. – На данный момент я, как и ты, не в курсе того, что здесь происходит. Как генерал появится, пойду к нему, введет в обстановку, ну и я в свою очередь поинтересуюсь: чего они нас в «непонятке» двое суток держали? Информацию, что сегодня утром ты получил, тоже доложу. Так что давай пока к себе, если что, позвоню.