Онлайн книга «Инкубатор смерти»
|
— Антибиотики? — удивилась Мила. — Ты хочешь кормить ее таблетками? — Да нет, конечно, — просто накапаю в воду… Не бери в голову, я сам все сделаю! Евгений потянулся за сачком, чтобы выловить бедолагу, а Людмила тихонько ретировалась. Запершись в спальне, она нашла в телефоне нужный номер и набрала. — Привет! — раздался веселый голос на другом конце линии. — Сколько лет, сколь… — Полина вернулась! — выпалила в трубку Мила, не дослушав слова приветствия. В трубке повисло молчание. * * * Даша полагала, что детство и юность формируют человека, делая его таким, каким он остается до конца своих дней. То есть, если кто-то вырос в неблагополучной семье, водился с отбросами общества и имел перед глазами лишь отрицательный пример, вряд ли из него впоследствии выйдет уважаемый член социума. Однако, видимо, случаются и исключения из этого правила: Артем Супонин, бывший приятель Пеньковского, многого добился, несмотря на то что начало его жизни не предвещало ничего хорошего. Супонин вырос в неблагополучной семье и в подростковом возрасте целыми днями болтался на улице в компании таких же, как он, обиженных судьбой детей, но сейчас являлся уважаемым гражданином, владельцем сети химчисток «Белоснежка» — значительное достижение для того, чье будущее обещало стать печальным! Даша с интересом разглядывала невысокого, крепко сбитого молодого мужчину в хорошем костюме, признавая, что он отлично вписывается в образ успешного бизнесмена. Офис, в котором они встретились, оказался ему под стать: небольшой, располагающий к усердной работе и подчеркивающий деловой статус владельца. — Я согласился встретиться, узнав от общих знакомых, что Эди… то есть Пеньковского могут выпустить, — сказал Супонин. — Честно говоря, не представляю, что такого вы хотите о нем узнать, ведь мы не общались уже лет двадцать! — Понимаю, — кивнула девушка. — Меня интересует личность Пеньковского — все, что вы сможете вспомнить. Каким он был в юности? Супонин немного помолчал, теребя документы на своем столе. — Знаете, — наконец заговорил он, — сейчас мне кажется, я и не знал его толком! — Почему? Вы ведь дружили… — Меньше года. — Правда? — Сначала мне показалось, что Пеньковского несправедливо отвергают, ведь он не делал ничего, чтобы оттолкнуть других ребят, — обычный парнишка из бедной семьи, где мать в одиночку пыталась свести концы с концами, чтобы прокормить семью… В отличие от моих предков, она обожала сына и изо всех сил старалась, чтобы он не чувствовал себя обделенным. — Как вы подружились? — спросила Даша. — Вас ведь дворовые ребята и одноклассники уважали, потому что вы умели за себя постоять, так? — Я лез в драку всякий раз, когда мне казалось, что меня унижают, — ухмыльнулся собеседник, припоминая старые добрые времена. — Это вошло в привычку, и я не особо раздумывал над тем, виноват или нет. Я даже посещал бесплатную боксерскую секцию в школе, но через пару лет тренер меня выгнал. Теперь я понимаю, что он был прав. — Почему? — Боец не имеет права применять свои навыки к обычным людям, ведь он заведомо сильнее, а я отказывался следовать правилам. Однако навыки, полученные в секции, здорово помогли: никто не смел меня и пальцем тронуть, ведь они получили бы таких тумаков, что могли и вовсе оказаться на больничной койке! Собственно, так мы и сошлись с Пеньковским. Он постоянно получал по морде — тогда мне казалось, что ни за что… Не то чтобы он мне нравился, просто я не люблю, когда все цепляются к одному человеку и начинают травить. |