Книга Инкубатор смерти, страница 65 – Ирина Градова

Даша почувствовала симпатию к этому парню.

— В один прекрасный момент, — продолжал Супонин, — когда Эдуарду пришлось действительно туго, я навалял парням по первое число и пообещал, что так будет каждый раз, как они попытаются его отметелить. Я не планировал с ним дружить, но он прицепился ко мне как репей: видимо, решил, что в моей компании его не тронут. Так и вышло. Он повсюду таскался за мной, а мне было лень его отогнать — если откровенно, какое-то время мне его преданность даже нравилась… Вернее, то, что я считал преданностью.

— Почему вы перестали общаться?

Бизнесмен снова помолчал какое-то время, собираясь с мыслями.

— На самом деле, много было всяких сигналов, как говорится, но поначалу я их игнорировал, не принимал всерьез, — вновь заговорил он. — Если Эдуарда задевали, он никогда не отвечал сразу, а затаивал обиду и выжидал, а потом гадил так, чтобы на него не подумали. Лучше всего я помню историю с собакой…

— С собакой? — удивилась Даша.

— В нашем дворе жил старичок — божий одуванчик, и у него была собачка Мошка. Породы не знаю, но маленькая такая, полностью соответствовавшая своей кличке — безобидная, но жутко скандальная. Ее любимым развлечением было бегать за людьми, громко лая. Она ни разу никого не укусила — просто такой характер дурной, понимаете?

Даша кивнула.

— Не знаю по какой причине, Мошка больше всех не любила именно Пеньковского. Сейчас я думаю: может, она что-то такое чувствовала в его натуре, какую-то гнильцу, что ли? Дед обычно подзывал ее, не давая слишком расходиться, так что эксцессов удавалось избегать. Но однажды я увидел, как Пеньковский пнул Мошку под брюхо. Изо всех сил пнул, а она ведь в тот раз почему-то даже не лаяла на него! Собака просто копалась на газоне, а он подошел сзади и… Визгу было — на весь двор, дед понять не мог, что случилось, но я все видел своими глазами. Пеньковский меня не заметил, а я тогда понял одну вещь: Эдуард мог казаться слабым и беззащитным, но он отличался невероятной злопамятностью, умел скрывать свои чувства и всегда бил исподтишка! Мошке даже операция потребовалась: соседи скинулись, чтобы деду помочь материально, ведь услуги ветлечебниц дороги. После того случая собака перестала лаять вовсе, а при виде Пеньковского пряталась за хозяина: помнила, кто ей травму нанес… А потом Вовка пропал.

— Вы про мальчика Володю, которого так и не нашли?

Супонин кивнул.

— Вообще-то, — сказал он, — малышня Пеньковского любила: он возился с ними, в отличие нас, кто постарше, разговаривал, они рассказывали ему о каких-то своих мелких проблемах дома или в школе. Некоторые родители считали, что ему прямая дорога в педагоги, раз уж дети к нему тянутся.

— Но Вове он не нравился, да?

— Я сначала не понимал причины, а потом узнал, что Вовка старшей сестре всякое про него рассказывал.

— Всякое?

— Типа того, что с Мошкой случилось. А еще про разные пакости, которые он в школе устраивал.

— Например?

— Самым серьезным, что приходит на ум, было подглядывание за девочками в то время, когда они переодевались в раздевалке для урока физкультуры. Володька как-то об этом узнал и рассказал сестре, а та пожаловалась своему парню из старшего класса, и тот вместе с приятелями вздул Эдуарда. Мы тогда уже разошлись в разные стороны, и я перестал интересоваться, что творится в его жизни. Тем не менее, когда Вовка пропал, я сразу подумал на Пеньковского.