Книга Инкубатор смерти, страница 74 – Ирина Градова

— Нет-нет, Александр, все в порядке… Мне просто нужно немного подумать.

— А у вас есть какие-нибудь новости?

— Есть, — медленно ответила она. — Во-первых, готовы окончательные результаты технической экспертизы: теперь не осталось сомнений, что тормозные шланги в машине следователя Рокотова перерезали.

— Что, оба?! — захлопал глазами Белкин.

— В том-то и дело. При двухконтурной системе тормозов даже повреждение одного из шлангов может привести к отказу всей тормозной системы, но тут кто-то перестраховался и перерезал сразу оба!

— Выходит, как вы и предполагали, мужика хотели убить?

— И, к несчастью, преуспели…

* * *

Когда Евгению требовалось подумать в тишине и покое, он отправлялся в родительский дом. Там его всегда ждали вкусная еда и любовь — сдержанная со стороны отца и неприкрыто восторженная со стороны матери. Освободившись пораньше, он отправился в путь. Михаил Михайлович, как обычно, задержится допоздна, ведь должность главврача предполагает ненормированный рабочий день, но Галину Владимировну ему, возможно, удастся застать.

Тем не менее, когда он приехал, мать еще отсутствовала. Евгений открыл дверь своими ключами, вскипятил чайник, налил себе чашку и отправился на веранду. Усевшись в любимое кресло-качалку отца, он разложил на коленях бумаги, найденные в доме Марии Семеновой, и принялся внимательно их изучать.

Он спрашивал у жены насчет брошюр в почтовых ящиках, но Мила напомнила ему, что у них договор с охранным предприятием, согласно которому консьержи не позволяют никому бросать печатную рекламу в почтовые ящики. Так почему же Мария получила брошюры? Взяв с собой Лялю, Евгений вернулся в квартиру Семеновых и повторно ее осмотрел: теперь он примерно представлял, что ищет. Заодно он проверил компьютер Марии и обнаружил, что женщина в последнее время довольно регулярно получала по электронной почте приглашения на бесплатную психотерапевтическую помощь из разных медицинских центров, но чаще всего из одного и того же под названием «Панацея». Брошюры тоже оказались оттуда. Видимо, Мария искала информацию в интернете, поэтому и стала получать эти письма, но каким образом бумажная продукция попала в ее почтовый ящик?

В почте также обнаружилось письмо из этой самой «Панацеи» с приложенными к нему результатами анализов, которые Семенова успела сдать. Евгений не являлся специалистом в области медицины, но даже ему показалось, что список уж больно обширный. Брату он не дозвонился: видимо, Михаил оперировал и не мог ответить. Поэтому Евгений решил совместить приятное с полезным — повидать родителей и заодно расспросить их кое о чем. В голове его роились всевозможные мысли — слишком много, чтобы легко получилось их упорядочить. Откинувшись на спинку кресла, Евгений прикрыл глаза.

Галина Владимировна сразу заметила, что ворота не заперты — значит, кто-то из детей приехал их навестить. Дверь на веранду оказалась приоткрыта, и она направилась прямо туда. Ее старший сын сидел в кресле-качалке, на коленях у него лежали какие-то бумаги. Несколько листков валялись на полу: видимо, уснув, он не заметил, как они соскользнули вниз. Некоторое время Галина Владимировна стояла в дверях, любуясь сыном: и как, спрашивается, ее угораздило стать матерью таких красивых детей?! Евгений, к счастью, давно пристроен, но она переживала за Мишу, ведь парень ни в какую не желал знакомить родителей со своей девушкой — да и есть ли она, эта девушка, вообще? Он так занят, что наверняка у него нет времени на свидания, но так он рискует и вовсе остаться бобылем! Хорошо, что они с отцом сумели позаботиться хотя бы об одном сыне и женить его вовремя, а теперь трое внуков приносят им ни с чем не сравнимую радость.