Онлайн книга «Полковник Ксанти. Легенда разведки»
|
Власть, полученная с новой должностью, пришлась ему явно по душе. Даже более чем. Сам Хаджи страха перед Мехлисом не испытывал, однако на заметку тому попасть опасался — это совершенно точно помешало бы работе, а то и вовсе уничтожило бы все созданное с немалыми усилиями… И вот — помяни черта к ночи! По полу метнулась серая тень, взлетела по ноге, с колена перескочила на стол, куснула за палец — вкусненького дай! Гость вскочил, гладкое лицо побагровело от гнева: — Это… что?! — Это Васька, — миролюбиво пояснил Мамсуров. — Он безвредный. — Короче, товарищ Мамсуров, вы все поняли, — это был не вопрос, это было утверждение. — Получили приказ — извольте исполнять, а то р-раз-звели тут… зоопарк! Постоял с полминуты у двери — и вышел. Туда, где ждал его сверкающий ЗИС. Хотя вряд ли уже сверкающий — пока беседовали, за окном закрутилась метель. Так что в машину гость усаживался уже не столь вальяжно, как вылезал из нее. Не прошло с его отбытия и получаса, когда Хаджи собрал всех. Не только командиров — всех. Столовая — самое просторное помещение базы — едва-едва вмещала в себя весь состав спецбригады. Рассаживались как придется, кому скамеек не хватило — на столах, многие и вовсе стоять остались. Заговорил негромко: — Плохие новости, ребята. Поступило распоряжение — устроить впечатляющую операцию перед двадцать третьим февраля. Помочь основным армейским соединениям. Да, не наш профиль, и да, именно к празднику, без вариантов. Приказ есть приказ. Направления… — он вздохнул, назвал цели. — Шансов… ну вы сами понимаете, какие и на что шансы. Поэтому — только добровольцы. Две группы. Пятьдесят человек… — кто-то присвистнул. — Да, пятьдесят человек. Масштабности им надобно. Вторая группа — двадцать четыре человека. Повторяю, только добровольцы, — и обвел взглядом набившихся в столовую бойцов. Первым, просочившись из задних рядов, шагнул вперед Мякин — Хаджи чуть опешил от неожиданности. Предполагал, конечно, что парень вызовется, но — первым? Чуйков. Суржич просто встал, выбираться из плотно сбившейся «толпы» ему было сложно. Выкван. Кто бы сомневался. Угрюмый Колдырь с бельчонком на плече. Над ним посмеивались, спорили, когда спасеныш сбежит: нынче или через неделю, но — беззлобно, по-доброму. Звереныш, названный Васькой, всем нравился, бойцы улыбались, светлея лицами, норовили погладить — тот не возражал, шел на руки, но всегда возвращался к своему спасителю. Шутник и доставала Крючков. Незаметный Славин, которого называли Славиком, про настоящее имя — Марлен — никто и не вспоминал… Хаджи прикрыл глаза — не хотел, не хотел на это смотреть. Но — надо. Нельзя прятать глаза, он командир, это его бойцы. И они, кажется, все понимали. И его не винили. Только он сам себе не мог простить, что не отстоял… Добровольцев набралось больше, чем требовалось. Он исключил тех, у кого в личных делах — господи, как давно он читал эти личные дела! В какой-то прошлой жизни! — у кого имелись дети. Таких было немного — молоды были его бойцы, не успели еще семьи создать. И многие — уже не успеют. Быть может, никто из тех, кто глядит на него сейчас… После тяжелой артиллерийской обработки линия Маннергейма была прорвана, и уже к 17 февраля финские войска под угрозой окружения были вынуждены отойти. РККА продолжала наступление. |