Книга Соня, страница 42 – Алекс Лоренц

Вылетев наружу, я хлопнул дверью. Поджечь бы тут все к хренам!

— Ты это зачем? – спросил Пашка, увидев в моих руках окровавленный мобильник.

— А ты думаешь, его просто так Свете в рот затолкали? – ответил я. – Явно ж хотели обратить наше вним…

Громкий стук по металлическому забору. Потом еще и еще. У меня волосы на макушке завязались узелком. Пашку встряхнуло от испуга. Алина прижалась ко мне, зарывшись лицом в мою куртку.

Потом – хруст веток. Уверенные шаги. Где-то совсем рядом. С той стороны забора.

Собаки в частных домах по соседству подняли лай.

Я вырубил фонарь.

Паша прижал к губам палец, типа: не вякайте. Сделал знак рукой, типа: уходим.

Мы обходили котлован неуверенным, но быстрым шагом. Шли к пролому. Наверное, у нас плохо получалось заглушать шаги. Убийца (а я уверен, что это был он, кто же еще) хрустел сухостоем вдоль забора в том же темпе, что и мы.

Попадалово, ребятки…

В один момент мы окончательно поддались панике и перешли на спотыкающийся бег. Тогда же шаги за забором затихли где-то вдалеке.

Неужто пронесло?

На несколько секунд бегущие шаги вновь приблизились, но потом опять удалились и стихли.

Мы просочились сквозь пролом. Впереди чернела кромешная лесная тьма.

— Фонарь включать? – спросил я шепотом.

— Давай, – ответила Алина. – А то ноги переломаем.

— Ссссска! – Моя рука сильно тряслась. Поэтому Паша забрал у меня фонарь, сам пошел первым, а мы следом, я – держа ладонь Алины в своих холодных вспотевших пальцах. Меня одолевало навязчивое чувство, будто она исчезнет, стоит мне только отпустить ее руку на секунду.

Когда мы прошли метров пятьдесят, Пашка остановился. Я врезался в его спину, Алина – в мою.

— Что такое? – спрашиваю.

Он некоторое время молчал.

— Чего тормозим? – нетерпеливо спросила Алина из-за моего плеча.

— Там кто-то есть.

— Где? – Я напряг глаза, пытаясь разглядеть что-нибудь в слабом луче фонаря.

— Да вон же! – Он несколько раз шевельнул лучом в том месте, где якобы кто-то был.

— Подвинься. – Не отпуская Алининых вспотевших пальцев, я сделал пару шагов вперед, отодвинул Пашку и взял фонарик.

Я вытянул руку. Пришлось нехило напрячься, чтобы она не тряслась слишком сильно.

— Тебе кажется, – решил я: у меня не получалось ничего разглядеть.

— А ты приглядись.

— Я тоже вижу, – подтвердила Алина.

Наверное, у них зрение получше моего. Перед глазами только мутные пятна метались туда-сюда. Наверное, от сильного напряжения глазных мышц.

Я крепко зажмурил глаза, потом снова открыл.

— Там кто-то лежит, – пояснил Пашка. Вдруг у него затрезвонил мобильник. – Мать твою набок… Кто-то со скрытого номера звонит.

— Не поднимай! – воскликнул я.

Поздно. Он уже принял вызов. Тишина вокруг стояла такая, что мы с Алиной все слышали. Пашка отдернул мобильник от уха, когда из динамика вырвался скрип железа, которое царапали гвоздем. Потом шум. Затем голос. Тихий, почти шепот: «Че за нах? Я…» – мужской. Утюга, похоже. Потом долгий хрип. Потом как будто что-то стукнулось о землю. Типа как мешок роняют, так и тут.

И хихиканье. Тонкое, хриплое, злобное.

— Выключи ЭТО! – потребовал я.

Пашку трясло.

Я сделал несколько шагов вперед и снова посветил. Теперь силуэт обрел более-менее четкие очертания. Впереди на тропинке вроде как кто-то лежал. Неподвижно. С широко раскинутыми руками и ногами.