Онлайн книга «Царь Скорбь»
|
Ясное дело, над ней потешались. Снисходительный тон Дафна почуяла сразу же, как всегда, однако возмущаться даже не подумала. – Из первых рук, – невозмутимо ответила она. – Тем рейсом летели друзья моей дочери. Как бы я горевала, потеряв их! Уж очень хочется увидеться с ними, когда выйду на волю, от всей души поблагодарить их, позаботившихся о моей девочке, пока я отсиживала свое. Фромм с Уинклером снова обменялись взглядами. – После трюка, выкинутого в «Блэк Крикет», сидеть придется на три года дольше, – напомнила Дафне Фромм. – А я вам, леди, скажу: в Западной Виргинии деньки идут совсем не так, как в летнем лагере, который вы оставляете позади. Хотите добрый совет? В федеральной исправительной тюрьме «Хейзлтон» барыжить героином не стоит. Там это дело застолбили за собой эквадорки, а с этими суками бешеными шутки плохи. – Ясно, мэм. Я куда не следует не полезу, мэм. Уж лучше займусь рукоделием… фотоальбомы на заказ делать буду, – ответила Дафна, перебирая тощую стопку газетных вырезок. Вырезки она держала в украденной из библиотеки «Блэк Крикет» книжке. Сама книжка, «Король былого и грядущего»[161], Дафну не заинтересовала, и прочитать ее Дафна не удосужилась. Зато среди книжных страниц хранились три статьи о рейсе Би-Эй 238, в том числе статейка из «Пипл» насчет бракосочетания двух пассажиров этак через недельку после катастрофы. И подборка статей одного журналиста, надерганных из «Спин» с «Роллинг Стоун». И краткий очерк карьеры одной шикарной репортерши с канала «ФОКС Нью-Йорк ньюс». И газетная заметка об одной фельдшерице со «Скорой» из штата Мэн, волонтерствующей в одном из подомаквассийских хосписов. И несколько научных статей одного профессора, историка средневековой литературы. И статья из «Уолл-стрит джорнал» об одном молодом управляющем комплексным фондом венчурного инвестирования, тоже подомаквассийце, по-крупному вложившемся в «и-Бэй», и еще кой-какие интернет-стартапы. – Хочется же, понимаете, знать, как поживают, что поделывают оставленные мной ребятишки. Вот думаю о них, и такое чувство, будто у меня самой еще есть кое-что впереди. И вправду, повторение про себя их имен успокаивало, ободряло лучше всякой молитвы. Настроение поднимало надежно, ни разу не подвело. Твердя эти имена, Дафна всякий раз чувствовала себя пулей, выпущенной в будущее… нет, не одной – сразу шестью пулями, летящими в новый век. Летящими прямо в них, шестерых. Колин Рен… Донна Макбрайд… Донован Макбрайд… Эллисон Шайнер… Гвен Плебс… Артур Оукс… Книга третья. Двойной сеанс. 2000 год 1 Стоя у любимого окна, Донован Макбрайд потягивал сладкий кофе и размышлял о том, что они с Элли в ужасной беде: если не притормозить с выпивкой, один из них наверняка умрет, откинет кони, как Джон Бонем[162] или Бон Скотт…[163] и тут за углом, на Гарфилд-плейс, рвануло, да как! Магистральный газопровод, не иначе. Из бреши меж зданиями выхлестнул столб пламени футов двадцати в высоту. Грохот взрыва Ван скорее не услышал – почувствовал, а еще разглядел прокатившуюся вдоль улицы взрывную волну, увидел, как воздух всколыхнулся, зарябил, будто знойное марево над асфальтом, и успел, отшвырнув кружку, рухнуть на пол за миг до того, как замечательное, огромное, округлое окно лопнуло, осыпая все вокруг сверкающим градом осколков. |