Книга Увы, моей любви нет меры, нет предела, страница 6 – Екатерина Бакулина

— Гадать совершенно не пришлось. Кто, если не вы, мог бы лучше передать гостеприимство и живой ум Селимены, — ответил Илья, делая шаг навстречу Екатерине.

Она слегка зарделась, смущенная очередной похвалой своего гостя, и ей пришлось приложить немало усилий, чтобы не позволить улыбке стать слишком явной.

— Бросьте… это всего лишь любительская постановка, которая не требует выдающихся актерских талантов, — тихо сказала Екатерина, не решаясь встретиться с Ильей взглядом, опасаясь, что глаза выдадут затаившуюся радость. — Тем не менее я польщена и надеюсь, что смогу оправдать ваши ожидания, — добавила она, наконец полностью овладев собой.

— Я в этом совершенно не сомневаюсь, — открыто улыбнулся Илья, про себя отмечая, что его слова произвели на Екатерину хорошее впечатление.

Ему было невероятно приятно, что каждый его приход положительно воздействовал на настроение Екатерины, и изредка Илья позволял себе надеяться, что та с нетерпением ждала его визитов. Довольно часто, в самом начале развития их необычных отношений, Илья заставал Екатерину в унынии, и поначалу он приписывал эту черту её характеру, но со временем начал понимать, что это была лишь внешняя оболочка, сформировавшаяся за годы равнодушия и недостатка внимания. Ему крайне льстил тот факт, что он был способен растопить сердце такой недоступной и отстраненной женщины и время от времени заставлять её улыбаться, пусть даже едва заметно.

— Впрочем, довольно разглагольствовать, — сказал Илья, хотя мог бы продолжать эту беседу вечно, — думаю, стоит начать со сцены.

Он был абсолютно уверен, что в процессе подготовки поводов для разговоров будет более чем достаточно, и отчасти поэтому ему не терпелось поскорее начать. Услышав искреннее воодушевление в его голосе, Екатерина почувствовала, как в ней самой просыпается неудержимое вдохновение, и желание немедленно приступить к работе захлестнуло ее, пробуждая давно забытые чувства творческого упоения.

— Вы абсолютно правы, без достойной сцены о декорациях не стоит даже думать. Я дала слугам поручение построить каркас, но пока им удалось лишь перенести сюда доски… не без увечий для паркета, к сожалению, — она с усмешкой указала на деревянные изделия, приставленные к стене, так и норовящие сползти на пол, тем самым еще больше травмируя и без того настрадавшийся паркет.

Илья улыбнулся, подходя к стене и осматривая злополучные доски. Четыре из них были длиннее остальных — именно они служили будущей основой для жесткой рамы. Другие же дощечки должны были исполнить роли половиц, и, чтобы платья актрис не зацепились за шероховатую поверхность, их требовалось гладко выстругать.

— Под брусья стоит положить кусочки старого сукна. Тогда паркет удастся спасти, — после пары секунд раздумий сказал он.

Создавалось впечатление, что Илья всю жизнь занимался постановкой любительских спектаклей и что построить импровизированную сцену было таким же обыденным занятием, как написание благодарственного письма.

— Какая находчивая идея! Я распоряжусь, чтобы именно так и поступили. — Екатерина была несказанно рада, что позволила себе принять помощь Ильи. Ее удивляло, как он с легкостью находил оригинальные решения, будто это ему совсем ничего не стоило.

— Гобелен у вас найдется? Думаю, если прикрепить его к деревянному бруску сверху сцены, предварительно пришив кольца и пропустив между ними канат, получится великолепный занавес! — спросил Илья, полностью захваченный процессом.