Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 49 – Алекс Скай

Мирель указала на письмо.

— Это третье?

— Пока не откроем, не узнаем, — сказала я.

— Не касайтесь.

— Я уже усвоила порядок.

Он вскрыл конверт сам. Внутри оказался плотный лист, сложенный один раз. Рован развернул его на столе. Там было написано всего несколько строк. На этот раз не предупреждение. Не загадка. Дата. Место. Время. И фраза, после которой я сначала решила, что автор окончательно лишился чувства меры.

Через два дня. Мост Семи Колоколен. Двадцать три часа сорок минут.

Ниже:

Лиара Вейн впервые поцелует Кайра Эстеля.

Мирель прочитала первой. Затем Рован. Кайр — последним. Никто не говорил. Я перечитала. Ошибки не было.

— Ну, — сказала Мирель, — по крайней мере, на этот раз никто не умер.

Рован медленно закрыл глаза.

— Ваше Высочество.

— Что?

— Не помогайте.

— Я стараюсь.

— Даже не думайте.

— Я ничего не сказал.

— Но подумали.

— Откуда вам знать?

— По лицу.

— Что именно я подумал?

— Что теперь вам придётся следить за мной двое суток.

— Я и так собирался.

— Из-за расследования.

— А теперь появилось дополнительное основание.

— Никакого дополнительного основания не существует.

Мирель внимательно смотрела на нас обоих.

— Зато у нас есть проверяемое предсказание.

Эта мысль заставила меня перестать раздражаться. Я снова посмотрела на письмо. Дата. Место. Время. Точность была почти оскорбительной. До этого неизвестный сообщал факты, которые мог знать заранее. Комната семнадцать существовала. Кайр действительно солгал. Моё прошлое тоже можно было изучить. Но это... Это было будущее.

Именно то, чего мой дар не показывал и показывать не мог.

— Два дня, — сказала я.

Кайр кивнул.

— Если в указанное время мы не окажемся на этом мосту...

— Предсказание окажется ложным.

— И вся теория о каком-то знании будущего развалится.

— Не вся.

— Почему?

— Автор мог рассчитывать на то, что письмо само вызовет событие.

Я поняла.

— То есть сказать нам о поцелуе, чтобы мы постоянно о нём думали.

Мирель кашлянула. Рован неожиданно заинтересовался стеной. Кайр сказал:

— Именно.

— А мост?

— Может быть ловушкой.

— Или местом наблюдения.

— Или попыткой заставить нас избегать определённого района дворца.

Я посмотрела на дату.

— Значит, делаем обратное.

— Что?

— В указанное время будем как можно дальше от моста.

— Согласен.

— И не целуемся.

Он поднял бровь.

— Это требование можно было не уточнять.

— После вашего сегодняшнего чувства юмора я предпочитаю письменные договорённости.

— Боюсь, письмам сейчас нельзя доверять.

На этот раз я улыбнулась первой.

* * *

Следующие два дня оказались самым нелепым экспериментом в моей жизни. Кайр составил карту наших перемещений. Рован распорядился проверять Мост Семи Колоколен каждый час. Мирель предложила в назначенное время запереть нас в разных крыльях дворца. Король не знал о третьем письме. По крайней мере, Кайр утверждал, что не знает.

После комнаты семнадцать к этой формулировке я относилась особенно внимательно. Мы с Кайром договорились, что за час до указанного времени он будет на заседании Совета в западном крыле, а я — в Королевском архиве под охраной Рована.

Между этими местами и мостом было достаточно расстояния, чтобы оказаться там вовремя можно было только при сознательном решении нарушить наш собственный план. Следовательно, будущее должно было проиграть. Мне нравилась эта мысль. Не потому, что я особенно боялась поцеловать Кайра. Вот это и было проблемой.