Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 80 – Алекс Скай

— Я могу добавить в договор.

— Не надо.

Я перевернула страницу. Приказ десятилетней давности. Командировка. Ничего. Следующий. Перевод чиновника. Следующий. Закрытие расследования. Я остановилась.

— Что? — Кайр подошёл.

— Ничего. Старое дело.

Я прочитала. Распоряжение касалось доступа к архивным материалам после смерти Элары Сейн. Подпись Кайра. Девять лет назад. Он ограничил выдачу документов по её делу.

— Вы закрыли часть архива сразу после её смерти.

— Да.

— Почему?

— Считал, что убийца может искать то же, что она.

— Убийца?

— Тогда я уже подозревал неслучайную смерть.

— Но официально это был несчастный случай.

— Официальные версии удобны тем, что их можно не разделять.

Я встретила его взгляд.

— Сколько расследований вы вели без короля?

— Хотите число?

— Оно напугает?

— Возможно.

— Тогда позже.

Я перелистнула. На следующей странице стояла отметка Рована. Не подпись. Служебная резолюция:

Доступ ограничен по приказу канцлера. Дополнительное наблюдение установлено.

— Рован участвовал с самого начала.

— Да.

— Вы доверяли ему.

— Доверяю.

— Даже сейчас? — Кайр посмотрел на дверь.

— Да.

— Почему?

— Потому что пятнадцать лет он мог убить меня значительно проще, чем устраивать письма.

— Очень романтичный критерий дружбы.

— У нас разные способы выражения привязанности.

Я не улыбнулась.

— Он врёт.

— Возможно.

— И вы всё равно доверяете.

— Люди лгут не только из-за преступлений.

— Знаю.

— Тогда подождите.

— Чего?

— Пока он сам решит рассказать.

— А если не решит?

— Тогда я заставлю.

— Вот теперь узнаю канцлера.

Кайр забрал одну папку и отошёл. Я вернулась к документам. Чем дольше проверяла, тем сильнее ощущала неприятную закономерность. Каждый из шести подозреваемых мог что-то скрывать. Король скрывал события двадцатиоднолетней давности. Мирель знала дворец лучше, чем говорила. Марек был сыном прежнего хранителя печати. Эврен имел доступ к документам, которые попадали на мой стол.

Рован лгал о Старом архиве. Кайр скрывал целое расследование. Будущая я выбрала идеальную фразу.

Ты говорила с ним сегодня.

Не «он оставил письмо». Не «он убил твою мать». Не «он виновен». Только указание. Шесть человек. Один убийца. Или человек, которого я однажды назову убийцей. Разница могла оказаться смертельно важной.

* * *

Первым серьёзно ошибся Марек. На старом распоряжении Палаты печатей я обнаружила исправление. Незначительное. Дата выдачи королевской печати. Видимая — девятнадцатое число. Предыдущая — восемнадцатое. Подпись принадлежала его отцу, Олдену Воссу.

— Зачем менять один день? — спросила я.

Эврен, которого Кайр вызвал для работы с реестрами, недовольно пожал плечами.

— Ошибка писаря.

— После подписи?

— Бывает.

— Королевскую печать выдали восемнадцатого. На следующий день исправили на девятнадцатое. Пожар Старого архива произошёл ночью с восемнадцатого на девятнадцатое.

Эврен перестал листать бумаги.

— Совпадение.

— Возможно.

— Вы сейчас во всём ищете связь.

— Это называется расследование.

— Иногда называется навязчивостью.

Я снова посмотрела на него.

— Где вы были ночью пожара? — Он рассмеялся.

— Мне было семнадцать.

— Это не ответ.

— Дома.

— Свидетели?

— Лиара, прошло двадцать один год.

— Значит, нет.

— Родители.

— Они живы? — Он нахмурился.

— Нет.

Ещё один тупик. Я показала исправление Кайру. Он сразу потребовал журнал выдачи печатей. Марек принёс его сам.