Книга Ненужная леди Асгарда, страница 39 – Виолетта Весна

— У вас обоих лица такие, будто письмо укусило.

— Почти, — сказал Лиан. Стражники двинулись следом, но Лиан вдруг стал прежним: легким, насмешливым, уверенным. Он бросил монету одному из мальчишек-посыльных, тот с радостью уронил ящик с бумажными птицами. Птицы взлетели, писцы закричали, стражники на миг отвлеклись.

— Быстро, — сказал Лиан. Тэсса схватила Варвару за локоть.

— Мы сбегаем от охраны?

— Нет, — ответила Варвара.

— Укорачиваем путь.

— Я знала, что день станет лучше. Они выскользнули через боковую дверь, прошли узким двором, нырнули под арку с сушеными травами и оказались на другой улице. Стражники остались позади, и Варвара впервые за все время в Асгарде почувствовала не свободу, а ее резкий запах. Опасный, холодный, как воздух перед грозой. Средний город сгущался вокруг них. Здесь улицы были уже, дома ниже, окна ближе. Лавки стояли плечом к плечу. Женщина с корзиной ругалась с водяным мастером. Старик чинил у двери часы, внутри которых вместо стрелок ходили маленькие тени. На углу девочка продавала ленты от сглаза и слишком пристально смотрела на Варвару.

— Не отвечать детям, — напомнила Тэсса.

— Она ничего не спросила.

— В Асгарде это не обязательно. Лиан вел их быстро. Шутить перестал. На каждом повороте он задерживал взгляд, будто сравнивал улицу с памятью.

— Здесь раньше была лавка красильщика, — сказал он наконец. Перед ними стоял дом с закрытыми ставнями. Вывеска выцвела: на ней еще можно было различить следы кистей и чаш с краской. Рядом — узкий дом часовщика. В окне тикали десятки часов, но все показывали разное время. Между домами была стена. Обычная глухая стена, покрытая старой штукатуркой. Лиан остановился.

— Видите? Ничего. Варвара подошла ближе. Стена пахла сыростью и известью. На ней кто-то царапал объявления, ругательства, имена. Никакой двери. Никакой печати. Тэсса тихо спросила:

— И что теперь? Варвара достала полоску бумаги. «Улица, которой нет на картах, открывается тем, кто помнит, кого город забрал». Она повернулась к Лиану.

— Помни ее.

— Я и так помню.

— Нет. Не так, как рассказал всем. Не так, как тебе велели. Вспомни ее живой. Он резко вдохнул.

— Не надо.

— Надо. Как она смеялась. Что хотела купить. Что сказала перед тем, как услышала музыку.

— Перестаньте.

— Лиан. Он зажмурился. Тэсса хотела что-то сказать, но Варвара покачала головой. Несколько мгновений ничего не происходило. Только часы в соседней лавке тикали вразнобой. Потом Лиан заговорил.

— Она хотела орехи. Не для себя. Для Астора. Он тогда три дня не ел сладкого, потому что готовился к первой клятве хранителя. Лисса сказала, что человек, который не ест сладкого, становится похож на похоронную статую. Она смеялась. У нее была синяя лента в волосах. Нет не синяя. Зеленая. Она украла ее у Мирры и сказала, что вернет, когда станет взрослой. Она услышала музыку и спросила: «Ты тоже слышишь?» А я сказал, что она выдумывает. Она показала мне язык и пошла вперед. Стена дрогнула. Не открылась. Только стала чуть глубже, чем была. Как будто плоскость камня провалилась внутрь. Лиан говорил тише:

— Я схватил ее за рукав. Она обернулась. Не испугалась. Улыбнулась. Сказала: «Если Астор будет ругаться, скажи, что город сам меня позвал». Потом туман закрыл ее. На стене появилась узкая темная линия. Тэсса прошептала: