Книга Жена дракона дознавателя. В моем браке убивают, страница 22 – Юрий Фурсов

— Еще один?

— Да.

— Сколько их уже?

— Достаточно, чтобы показания Дома нельзя было рассматривать без проверки.

Женщина с папкой нахмурилась.

— Это официальное заключение?

Ренар повернулся к ней.

— Нет, Элла. Пока факт первичного осмотра.

— Тогда сформулируй именно так.

Вот, значит, кто следил за словами даже лучше Ренара.

Саверн протянул руку.

— Материалы.

Лоран посмотрел на начальника.

Ренар помедлил всего секунду.

— Передай.

План, записи осмотра, сведения о найденных проходах и металлический диск с записью Дома перешли к людям Саверна. Список, найденный под центральным корпусом, Ренар держал при себе.

Саверн заметил.

— Все материалы, Тальв.

— Этот обнаружен после твоего распоряжения о передаче.

— Значит, тем более относится к делу.

— Сначала будет зарегистрирован.

— Я могу сделать это сам.

— Можешь. После того как я зафиксирую место обнаружения и свидетелей.

Они говорили спокойно.

И именно поэтому спор звучал серьезнее, чем если бы оба повышали голос.

Саверн усмехнулся без особого веселья.

— Боишься, что я потеряю бумагу?

— Я боюсь только плохо оформленных доказательств.

— Какая трогательная вера в порядок после того, как стены твоего дома начали исчезать из официальных планов.

Ренар не ответил.

Женщина по имени Элла раскрыла папку.

— Госпожа Ивара Келл-Тальв.

Мне понадобилась доля секунды, чтобы понять, что обращаются ко мне.

— Да?

— С этого момента расследование смерти королевского проверяющего Тирена Сайла передано старшему дознавателю Саверну Рою. До выяснения обстоятельств вам запрещено покидать территорию дома без письменного разрешения ведущего дело. Переписка, отправка вещей и передача документов за пределы дома временно ограничены.

— А передвигаться внутри я могу?

Она посмотрела на Саверна.

— В сопровождении.

— То есть все-таки арест.

Саверн сложил руки за спиной.

— Если бы вас арестовали, вы бы это заметили.

— Утешительно.

Ренар едва заметно повернул голову в мою сторону.

Я уже научилась понимать этот жест.

Не вмешивайся больше необходимого.

Или, возможно: не заставляй меня сейчас спорить еще и с тобой.

Элла продолжила:

— До официального решения вы остаетесь в доме Тальвов. Ваш супруг несет ответственность за соблюдение ограничений.

Я посмотрела на Ренара.

— Получается, ты все-таки мой тюремщик.

— Получается, — сказал он, — что если ты попытаешься выйти из дома, я обязан тебя остановить.

— Лично?

— Если понадобится.

Саверн сухо кашлянул.

— Семейные вопросы можете обсудить позже. Сейчас мне нужен официальный допрос госпожи Тальв.

— Его проведу я, — сказал Ренар.

— Уже нет.

— Первичное объяснение подозреваемой еще не оформлено.

— Тем более проведу его я.

— Ты не знаешь состояния ее памяти.

Саверн посмотрел на меня.

— Зато я уже знаю, что память госпожи Тальв удивительно избирательна.

Вот тут стало действительно интересно.

— Откуда?

— Вы не узнаете собственного мужа, не помните устройство дома, но за одно утро нашли несколько скрытых проходов и весьма уверенно обсуждаете устройство старой кладки.

— Я не обсуждаю устройство старой кладки по памяти.

— А откуда?

Ответ уже находился у меня на языке.

Профессиональные знания.

Но Ренар едва заметно коснулся большим пальцем края своей перчатки.

Жест был настолько незначительным, что Саверн его, возможно, даже не заметил.