Книга Скелет на правах рекламы, страница 2 – Юлия Ляпина

В нашей квартире легко можно запнуться за пудовую гирю или пару гантелей моего братца, свалить стопку тетрадей мамы или пачку распечаток отца. Только я упорно отказываюсь захламлять окружающее пространство следами умственной деятельности и убираю все в шкаф.

Еще в нашей семье я одна не блещу творческими талантами (братец – не в счет, он научился виртуозно исчезать с „поля боя“ обсуждения родственниками друг друга еще в нежном детсадовском возрасте). Поэтому, когда представился случай, решила пойти в секцию русбоя, которую несколько энтузиастов открыли в спортзале нашей школы.

Конечно, как только волна интереса схлынула, постоянно посещали занятия человек пять, не больше, но вскоре в зале стали появляться молчаливые, сосредоточенные парни, слегка разбавленные девушками, которые превращали тренировку в захватывающий красотой и величием танец, в какой-то круговорот спокойный и неизменный как вращение Земли.

К сожалению, все это продолжалось не долго – однажды старший тренер – пожилой суховатый дядечка, которого все называли „дядя Миша“ поспорил с нашим физруком, точнее не поспорил, а попытался ему кое-что объяснить, кажется по поводу присутствия на тренировках посторонних. Несколько раз „Судак“ (Валерий Михайлович Судаков) появившись в зале, до слез доводил невысокого и субтильного Саньку из параллельного класса, а потом удалялся, демонстративно хлопая дверью. „Дядя Миша“ терпел, пока Санька не свалился мешком на пол и не завыл, баюкая ушибленную руку, тогда он неторопливо подошел к физруку и аккуратно, прижав ему только один пальчик, вывел в коридор.

Больше физрук на тренировках не появлялся, но вскоре администрация подняла арендную плату, потом заявили, что в вечернее время зал нужен для занятий баскетболом, а потом нас просто выставили вон. „Дядя Миша“ перебрался в другой район, Санька продолжал мотаться к нему на вечерние встречи, но мне уже не хотелось приходить в чужой зал, видеть чужие лица, волшебство погасло вместе с вторжением материального мира. Правда кое-чему научится, я успела, и по привычке таскала в сумочке массажную палочку – для разминки кистей рук. Сколько раз в это лето сказала я спасибо дяде Мише! Его наука помогла распутать одно ужасно таинственное происшествие, но обо всем по порядку.

Итак, я прилежно корпела над книгами и папками, пачкала все вокруг акрилом, акварелью и фломастерами, потихоньку забывая, как выглядят деревья, не вымазанные акварельными красками, и чем пахнут цветы, не нарисованные фломастерами. И тут мама вошла в мою комнату и сказала самым озабоченным тоном: „Аглая, мне кажется, что тебе пора немного проветрится, подышать свежим воздухом, может быть съездить кому-нибудь в гости? Кажется, тетя Марина приглашала тебя на прошлой неделе приехать к ним на дачу?“ Вот уж кого терпеть не могу, так это папину сестру, тетку Марину. „Мама, неужели обязательно куда-то ехать, можно ведь и дома отдохнуть.“ По правде говоря, я просто капризничала и тянула время на размышление.

В общем – то лето только началось, но на город свалилась такая жара, что над асфальтом стояло тягучее марево и появляться на улице в дневные часы людям со слабым здоровьем противопоказано. Поэтому капризничала я недолго и вскоре согласилась подышать свежим воздухом и заодно навестить, двоюродную бабушку Леониду проживающую в сибирской глубинке, т. е. в ста пятидесяти километрах к востоку от нашего города.