Книга Скелет на правах рекламы, страница 27 – Юлия Ляпина

— Ребята, а помните легенду, об озере?

— Какую, про монастырь что ли? – лениво уточнила я.

— Ну да, ту самую! Сегодня слышал, как отец у соседки выспрашивал, она старенькая уже, слышит плохо, так ему кричать пришлось – Мишка хихикнул.

А мы все представили худющую скрюченную старушку, которую утром внуки и правнуки высаживали на солнышко у калитки, а вечером уводили в дом под руки. Бабуля была шустрой, внимательно наблюдала за всем, что происходило перед ее ясными черными глазами. Иногда она удивляла окружающих „предсказаниями“ по – поводу поселковых событий. Кроме того, в силу возраста, она любила вспоминать свое детство, часто рассказывала, про первых местных жителей пришедших пешком из Пскова и Рязани, а позднее приехавших в вагонах для перевозки телят. И вот с этой-то бабулей Мишкин отец и завел беседу о монастырских развалинах.

Бабуся сперва охотно рассказывала, какой красивый в монастыре был большой храм, и как была убрана старая часовня в ските неподалеку от монастыря, куда ее девочкой тетка брала с собой на послушание. А потом вдруг глянула искоса и сказала ехидно:

— Что Леонидушко, и тебе сокровища монастырские спать не дают? – Потом забормотала: – Было, это уже было, все хотели взять, ан нет, не отдает она…

— Да кто она? – возопил Мишкин отец, доведенный до ручки беседой и пуще испуганный разительной переменой.

— Да игуменья, – вымолвила вдруг совершенно четко старуха, – игуменья мать Иустина. Как пришли сперва одни, потом другие и все с ружьями, все в шапках в храм, да с бумагами – печатями, так и велела она сестрам разойтись, а прежде уберечь сокровища монастырские. Да под зарок их убрала – что бы только тот мог взять их, кто монастырь в эти места вернет. Справедливая она была, матушка Иустина…

Голос старухи угасал вместе с закатом, погружаясь сквозь пучину лет в воспоминания. Встряхнувшись, бабка ехидно закончила:

— А тебе Леонидушко, и ждать нечего. Разве что пожалеет тебя мать Иустина, да на ум наставит, али просто погрозит! – и засмеявшись скрипучим старческим смехом, старуха заковыляла к дому, оставив „Дона Корлеоне в задумчивости и растерянности.

— Что старый сверчок здесь делал? Да еще на машине Крокодила? – фиолетовая машина остановилась, водитель налег на руки, скрещенные на руле, и задумчиво забарабанил пальцами. Потом взял с подставки телефон и, нажав одну цифру, кратко изложил подробности неожиданной встречи. Выслушав ответ, завел машину и помчался в прежнем направлении. Лицо его, ранее выражавшее удовольствие, стало строже, глаза скрылись за стеклами солнечных очков. Впереди показался железнодорожный переезд, а сразу за ним разноцветные крыши обновленных дачниками избушек.

Девчонка опять стояла на улице в окружении своей компании. Длинный женоподобный блондин приобнял ее за талию, чернявая хохотушка с длинной косой что-то бурно рассказывала сидя на скамейке, а тот мрачный парень, что всюду за нею таскается, сидел на корточках прямо у ее ног в коротких джинсовых шортах.

Медленно проехать мимо, не поворачивая головы, и делая вид, что оказался здесь случайно. Только не поворачивать голову! В зеркале мелькнули ноги в шортах и копна волос – она тоже не повернулась, так и стояла с прямой спиной, глядя на хохотушку и опираясь на блондина. Скрип зубов он услышал, только выехав с асфальта на усеянную барханами песка улочку, ведущую к лесу.