Книга Скелет на правах рекламы, страница 29 – Юлия Ляпина

Я молча покивала, а Наташка тихонько захихикала, потом понимание появилась в глазах Светки и только парни удивленно крутили головами на покрасневшую блондинку.

Фиолетовые ногти и помада дополнялись мини-платьем серебристого цвета с фиолетовыми кляксами, но в свете закатного солнца вся красота выглядела последствиями сбора черники. Надувши губки, девчонка потянула Макса домой, журча о тяжелых сумках, парень, извиняясь оглянулся и нас и мы дружно замахали руками „Пока, пока“ нисколько ему не сочувствуя – сам пригласил, сам пускай и расхлебывает.

— Старый дурак! – кричал худой, бледный и изможденный мужчина в роскошном халате, стуча кулаком по подоконнику.

Окна были открыты и свежий ветерок обдувал налившиеся кровью глаза и лихорадочные щеки.

— Зачем ты поехал в эту деревню, зачем? Да еще тачку у этого идиота взял!

Мужчина закашлялся и отступил к столу, уставленному яркими упаковками.

— Крок, не пыли, – отвечал ему мужчина в летнем костюме соломенного цвета – с машиной и впрямь промашка вышла, но Борис хотел услужить, вот и дал мне свою тачку с шофером. На месте я представлялся искусствоведом, расспрашивал только секретаря. Даже к бабкам не пошел. Главное все подтвердилось – развалины самое позднее середины 19 века, сохранились отдельные фрагменты стен и возможно подземные помещения, подвалы… Понимаешь?

— Ты хочешь сказать, что этот пошкрябанный идиот действительно что-то нашел? И там может быть еще?

— Ну на счет „нашел“ несомненно – и камушки и цацки именно начала 19 века, а вот есть ли еще…тоже может быть, он ведь принес продавать не только кольцо, а еще помнишь, такую оригинальную завитушку? Так вот, я ее идентифицировал – с большой долей вероятности это лампадная подвеска примерно того же периода, причем с дарственной надписью от некоего чиновника Н…

— Лампадная подвеска? Церковное „рыжье“?

— Вот именно, мой друг, вот именно!

— Значит должно быть еще! Отправлю туда своих мальчиков покопать в округе. Эхх, как этот урод ноги сделал? Сейчас бы уже загнали камушки и цацки и пили на Канарах коктейли…

Мужчины вновь перешли на спокойный почти ласковый тон, обсуждая детали, и сидящему за окном парню в незаметной на фоне буйной зелени „камуфляжке“ больше ничего не удалось услышать.

* * *

С появлением Дианы вечерние встречи на скамейке или на волейбольной площадке стали совсем редки. Новое добавление к нашей компании не стало приятным. Почти на все летние развлечения в деревне Диана кривила свои розовые губки, высказывала «фи» Максу и отправлялась загорать на берег речушки, где томно возлежала на роскошной махровой простыне, вызывая слюнотечение у всех представителей мужского пола в радиусе километра. Макс редко сопровождал ее днем, все же мужской работы в доме находилось не мало, зато вечерами она устраивала ему роскошные скандалы с метанием щетки для волос и визгами на всю округу.

У всех сразу находились дела. Пока Макс воевал с Дианой, Егор хлопотал по хозяйству. Мы с бабулей сушили грибы и ягоды, крутили черемуху и смородину, укладывали в промытые до скрипа стеклянные банки крохотные огурчики и помидорчики, сдабривая их чесночком и смородиновым листом. Парня на „космической“ иномарке я больше не встречала, но забыть не могла – каждое утро к выгону коров выходила соседка в черном глухом платье, пряча заплаканные глаза под черным сатином. В воздухе как будто повисло предчувствие чего-то смутного, непонятного.