Книга Подарок, страница 24 – Юлия Ляпина

Не смотря на тишину и уютный халатик поверх ночной рубашки, мне не спалось. Какое-то время я провела у холодного стекла, дыша на него и рисуя пальцем узоры. Потом пыталась разглядеть звезды, потом села за маленький столик, похожий на те, что были в школьной библиотеке — с высокой наклонной крышкой и множеством ячеек для бумаг. Читать не хотелось, писать тоже, может быть порисовать?

Я увлеклась, отбрасывала сломанные перья, вытирала носовым платком мокрые от чернил пальцы и старательно пыхтя, добивалась нужного эффекта. Рисовать я не умею, вообще, учительница ИЗО милосердно ставила тройки, что бы не портить мне оценки за четверть, а в конце четверти просила написать реферат о художнике, или направлении в искусстве, и поставив пару пятерок, за мои опусы выводила за четверть четверку, опять — таки, что бы не портить девочке четвертые оценки.

Рисовала я Жана, такого, как увидела на поляне: грустного, озабоченного душевными терзаниями и безжалостно бьющего мишени, в надежде уменьшить боль. Когда оторвалась, поняла, что дом уже спит. Осмотрела забрызганный стол, поломанные перья, кучу смятых и порванных листов и вздохнула, нужно убирать. Камин еще тлел, он легко проглотил и бумагу, и перья, и даже замызганный до неузнаваемости платок. Результаты трудов я запихнула в пустую ячейку, Жану я это показать не решусь.

Виконт

Утром леди Марина долго не выходила из спальни. Встревожившись, я отправил к ней горничную, и она еле разбудила леди, и еще долго сновала из комнат в кухню, с чашками, полотенцами и прочими женскими нужностями.

Наконец леди спустилась в гостиную, а отец вышел из своих покоев в любимом стеганном халате, и я удивился: отец всегда вставал рано, говоря, что успевает сделать значительно больше с утра, пока все дворцовые бездельники отлеживают бока. Впрочем, чуть набрякшие веки и рассеяный взгляд говорили о том, что он за полночь засиделся за документами и письмами.

— Доброе утро, сын, леди, — отец поприветствовал нас и уселся в самое глубокое кресло.

— Доброе утро, отец.

— Доброе утро милорд. Хотите, велю подать бодрящий отвар? Ночь была неспокойная, пришлось с утра заварить.

Отец посмотрел на леди Марину с изумлением, отвык от женской заботы?? Или не ожидал, что столь юная незамужняя леди разбирается в травах?

— Хорошо, леди, пусть подадут, и немного печенья на завтрак, — отец откинулся на спинку кресла и уставился в огонь.

Леди вышла и через несколько минут Сара принесла чайник источающий ароматы трав и лимона, чашки, салфетки и печенье с мармеладом. После чаю я осмелился рассказать отцу о наших планах заказать приданное в одном из соседних городов, но граф почему-то изменил планы:

— Нет, невеста моего сына достойна лучшего! Завтра едем в столицу, и посещаем лучших портных!

— Но отец, через шесть дней прибудет Ролен!

— Оставишь письмо, не думаю, что ему будет трудно отыскать тебя в столице!

Когда отец говорит таким тоном, спорить бесполезно. Нет, я конечно могу сделать так, как считаю нужным, но он не отступит, и повезет Марину в столицу, а раз ей все равно туда нужно, зачем спорить? Лучше позабочусь об удобном экипаже, слугах и провианте. Поэтому согласно кивнув я задумался: если ехать до столицы в карете, то в зависимости от лошадей и дорог можно добраться за двое суток, или за неделю неспешной езды. Королевская дорога от нас далековато, значит поедем медленнее, но землю уже прихватило, значит, путь будет легче, а если взять сменного кучера и больше масла для фонарей — доедем дня за три, а то и быстрее.