Книга "Секир Башка". Или телохранитель для императора, страница 82 – Дина Хоуп

— Традиции меняются, — спокойно ответила Яр с трона. — Или вы хотите сказать, что империя не может позволить себе ещё двадцать бойцов?

— Это абсурд! — поддержал его другой советник. — Женщины должны сидеть дома!

— Кто сказал? — спросила Яр.

— Что?

— Кто сказал, что женщины должны сидеть дома? Вы? Или, может быть, бог? Многоликий? Так я с ним разговаривала — он не возражал.

Зал затих. Советник покраснел.

— Я не...

— Тогда, может быть, вы просто боитесь? — продолжила Яр. — Боитесь, что женщины окажутся лучше вас? В бою? В делах? В управлении?

— Это оскорбление! — взревел граф Лавров.

— Это всего лишь вопрос, — ответила Яр. — Если же вы так уверены в своём превосходстве, докажите. Выйдите на плац. Спарринг. С любой из моего отряда.

Зал зашумел. Граф Лавров побледнел.

— Я не буду драться с женщиной.

— Тогда не говорите, что они не могут служить. Потому что они уже служат. И, судя по результатам, делают это лучше некоторых.

Она обвела зал взглядом. Аристократы притихли. Авелий, сидевший рядом, едва сдерживал улыбку.

— Указ вступает в силу с сегодняшнего дня, — сказал он. — Все, кто не согласен, могут подать прошение об отставке. Но я предупреждаю: тот, кто попытается саботировать указ, будет наказан по всей строгости.

Зал молчал. Потом кто-то — кажется, один из молодых офицеров — начал аплодировать. Его поддержали ещё несколько. Потом ещё. Через минуту аплодировал весь зал.

Яр выдохнула. Первая победа была одержана.

После оглашения указа Яр вышла на плац. Её отряд уже ждал — двадцать девушек в одинаковой форме, с решительными лицами.

— Слышали новость? — спросила Яр.

— Слышали, — ответила Сокол. — Указ.

— Теперь вы официально служите в гвардии. Не как эксперимент. Как полноправные бойцы.

Девушки заулыбались. Кто-то даже вскрикнул от радости.

— Но это не значит, что можно расслабиться, — продолжила Яр. — Теперь на вас смотрят все. Каждое ваше действие будут обсуждать. Каждую ошибку — припоминать. Поэтому мы будем тренироваться ещё усерднее. Понятно?

— Понятно! — ответили хором.

— Тогда начнём. Сегодня — отработка защиты от нападения с ножом. Потом — спарринг с мужской гвардией. Покажем им, что указ — это не просто бумажка.

Она хлопнула в ладоши. Девушки разошлись по плацу.

Вечером Яр вернулась во дворец и застала Авелия в кабинете. Он сидел за столом, разбирая бумаги.

— Ну как? — спросила она, садясь напротив.

— Советники в шоке, — ответил он. — Но, кажется, начинают привыкать. Граф Лавров подал прошение об отставке.

— И?

— Я подписал, — сказал Авелий. — Пусть ищет другое место, если не хочет работать по новым правилам.

— Жёстко.

— Это не жёстко, — ответил он. — Это справедливо. Я не держу тех, кто не хочет двигаться вперёд.

Яр кивнула.

— Спасибо, что поддержал.

— Я всегда буду тебя поддерживать, — сказал он. — Даже если весь мир будет против.

Он встал, подошёл к ней и обнял её за плечи.

— Ты сделала сегодня важное дело.

— Это только начало, — ответила Яр. — Дальше будет сложнее.

— Знаю, — сказал он. — Но мы справимся.

Они стояли, обнявшись, и смотрели в окно на закат. Впереди было много битв — не на поле, а в залах и коридорах дворца. Но Яр не боялась. Она привыкла воевать.

Прошёл год. Яр сама не заметила, как пролетело время. Казалось, только вчера она стояла в темнице, не понимая, где находится, а сегодня — сидела на балконе императорского дворца, пила чай и смотрела, как внизу суетится город. Асведиан менялся. Медленно, но менялся.