Книга Развод с драконом. Невеста без права на крылья, страница 109 – Виолетта Весна

Лестница теперь звучала.

Шаги возвращались эхом.

Не громким, но настоящим.

Когда они вышли в Зал Крыльев, там царил хаос.

Советники стояли у своих мест, некоторые держались за головы, кто-то пытался говорить сразу с тремя людьми, стражники не понимали, кого охранять, а кого задерживать. Белые факелы погасли. Мраморный круг в центре зала больше не светился. Новая брачная печать лежала на полу, расколотая на две половины.

Салкрофт был у стола.

Он постарел за время их спуска.

Не на годы, нет. На правду.

Лицо осунулось, перевязанная рука дрожала. На коже у виска проступили тонкие серебристые линии — не как у Арины, живые и ветвящиеся, а ломкие, темные по краям. Возвращенный долг не убил его. Но метка теперь была видна. То, что он держал скрыто, вышло наружу.

Он посмотрел на Арину.

— Вы разрушили равновесие.

Арина остановилась у края круга.

— Нет. Я убрала женщину из-под его основания.

— Драконьи роды заплатят за это.

Дамиан шагнул рядом.

— Сами. Наконец-то.

Салкрофт усмехнулся.

— Вы думаете, они простят вам боль? Когда крылья начнут гореть без удержания? Когда старые проклятия вернутся в кровь глав? Когда семьи увидят, что их сила была взята взаймы у женщин, которых они презирали?

Арина посмотрела на зал.

Многие отводили глаза.

Некоторые — нет.

Марсена стояла у своего места, держась за край стола. На ее лице были слезы. Не спасительные. Не очищающие. Просто человеческие. Поздние. Она смотрела на Мирену, потом на Арину, потом на Дамиана.

— Не простят сразу, — сказала Арина.

— Возможно, некоторые никогда.

Но теперь им придется выбирать открыто.

— Вы наивны.

— Я была наивна, когда думала, что закон защитит меня, если я буду удобной. Сейчас я просто больше не молчу.

Мирена вышла вперед в разрезанном белом платье.

— Я требую снять с меня статус кандидатки брачной стабилизации.

Один из советников резко сказал:

— Это уже не имеет значения после разрушения печати.

— И все же я требую. Письменно.

Ливия тихо сказала:

— Умница.

Мирена продолжила:

— И требую внести в протокол, что род Острейлов не вправе подтверждать брачные намерения от моего имени.

Лорд Острейл сидел бледный.

— Мирена…

Она посмотрела на него.

Не зло.

Хуже — свободно.

— Вы можете быть моим отцом, если научитесь говорить со мной, а не подписывать за меня. Пока вы только глава рода.

Он опустил глаза.

Салкрофт рассмеялся.

— Дочери, жены, служанки, архивариусы… Какой трогательный новый мир вы строите.

Ливия шагнула вперед.

— А вы все еще думаете, что слово «служанка» должно кого-то уменьшить?

Он посмотрел на нее с презрением.

— Девочка, ты вообще не часть этого дела.

— Ошибаетесь. Я открывала двери.

Тарвик, поднимавшийся из Костницы с папкой, услышал последние слова и торжественно заявил:

— Прошу внести: Ливия, сопровождающая госпожи Лисвейн, сыграла существенную роль в преодолении незаконных закрытых доступов.

Ливия вспыхнула.

— Не надо так официально.

— История редко спрашивает, удобно ли вам звучать достойно.

Верн вошел следом.

В руках у него была тонкая пластина с оттиском договора. Как он успел сделать его, Арина не знала. Видимо, у королевских судей тоже были свои чудеса.

— Совет крыльев, — произнес он.

— Я засвидетельствовал изменение первого договора. До окончания королевского расследования брачная палата Совета отстраняется от всех дел, связанных с удерживающими контурами, эхо-кровью, разводными браслетами и брачными стабилизациями.