Книга Пышка-ассистентка, которую он потерял, страница 45 – Виолетта Весна

Я показала сообщение Таисии.

— Не отвечай лишнего, — сразу сказала она. — Ты уже не сотрудник на проекте.

— Она там одна.

— Она взрослая. И она сотрудник компании. Напиши только безопасное.

Я напечатала:

“Света, все дальнейшие действия только по письменным распоряжениям руководства и юристов. Ничего не удаляйте из переписки. Берегите себя.”

Стерла “берегите себя”.

Потом снова написала.

Отправила.

Через минуту пришел ответ:

“Хорошо. Мне очень жаль.”

Я долго смотрела на эти три слова.

Очень жаль.

Иногда чужое простое сожаление было ценнее мужских сложных решений.

Таисия снова тронулась.

— Сейчас домой ко мне. Еда. Потом ты записываешь все. Потом мы думаем.

— Я устала думать.

— Тогда я буду думать. Ты будешь есть.

— У меня в коробке шоколадка.

— Великолепно. Праздничный обед незаконно отстраненной ассистентки.

— Формально я не отстранена от должности.

— Ага. Формально можно многое. Формально тебя “защитили”. Формально Волков “учитывал факты”. Формально Грановский “выразил обеспокоенность”. Вот поэтому нормальные люди и ненавидят формальности.

Я отвернулась к окну.

Телефон снова завибрировал.

Роман Волков.

“Мила, ты уехала?”

Я не знала, отвечать ли.

Таисия бросила взгляд.

— Кто?

— Роман.

— Брат?

— Да.

— Этот вроде не самый безнадежный.

Я открыла сообщение и написала:

“Да. Я с Таисией.”

Ответ пришел почти сразу:

“Хорошо. Не пропадай. Тут начался ад.”

Я прочитала и почему-то почувствовала не удовлетворение, а пустоту.

Ад начался.

Без меня.

Вот только я пять лет делала так, чтобы он не начинался.

В квартире Таисии было тепло, тесно и живо. На столе в кухне лежали папки, кружка с остывшим кофе, две ручки без колпачков, сковородка на плите и пакет гречки, который почему-то стоял рядом с вазой с яблоками. Таисия жила одна, но ее квартира всегда выглядела так, будто в ней только что прошло небольшое, шумное совещание.

Она поставила мою коробку на стул.

— Пальто снимай. Руки мой. Я грею суп.

— У тебя есть суп?

— Я взрослая женщина с юридическим образованием. Иногда у меня есть суп.

Я сняла пальто, прошла в ванную и посмотрела на себя в зеркало.

Лицо держалось.

Я не знала, радоваться этому или нет.

Смывала тональный крем и думала, что, наверное, впервые за много лет у меня впереди нет расписания Демьяна. Не нужно помнить, что у него в пятнадцать сорок звонок, в шестнадцать десять окно, в шестнадцать двадцать встреча с юристами, а в семнадцать отец, которого лучше не соединять раньше времени.

У меня не было чужого дня в руках.

Только мой.

И я не знала, что с ним делать.

На кухне Таисия поставила передо мной тарелку супа и кусок хлеба.

— Ешь.

— Я не хочу.

— Мне неинтересно.

Я взяла ложку.

Первые несколько глотков не чувствовала вкуса. Потом вдруг поняла, что суп куриный, с лапшой, домашний, чуть пересоленный. И от этого стало настолько больно, что я опустила ложку.

— Я правда ушла, — сказала я.

Таисия села напротив.

— Да.

— Я не знаю, кто я без этого стола.

— Без какого стола?

— В приемной.

— Мила, ты серьезно спрашиваешь?

Я посмотрела на нее.

— Ты не стол. Не пропуск. Не календарь Волкова. Не его кофе, не его письма, не его окна на пятнадцать минут. Ты специалист, который пять лет держал процессы компании. Просто тебя слишком долго называли ассистенткой так, будто это уменьшает мозг.