Книга Развод с генералом. Больше не подчиняюсь, страница 53 – Виолетта Весна

Мира из кухни спросила:

— Он опять пишет правильные вещи?

— Да.

— Опасный мужчина.

— Потому что генерал?

Она вышла с двумя кружками травяного чая.

— Потому что начал понимать, какие слова надо говорить. Теперь важно смотреть, какие поступки он сможет выдержать, когда эти слова станут неудобными.

Я взяла кружку.

За окном темнела река, город отражался в воде неровными огнями. Я была в чужой квартире, с чужими документами, без кольца, с ребенком, о котором отец еще не знал. И впервые за эти двое суток мне не захотелось срочно что-то решать.

Правда не стала легче.

Но она перестала быть только чужой.

Теперь часть ее лежала в сейфе Миры, часть — в моем телефоне, часть — в моем теле. И каждую из этих частей мне предстояло защитить не криком, не бегством и не послушанием, а спокойным правом быть в собственной жизни главной свидетельницей.

Утро в чужой квартире началось с того, что я не сразу нашла выключатель в ванной.

Я провела ладонью по стене слева, потом справа, потом наконец нащупала маленькую плоскую клавишу у самой двери. Свет вспыхнул слишком ярко. В зеркале отразилась женщина с бледным лицом, спутанными волосами и взглядом, которому явно не хватило сна, чтобы снова стать человеческим.

Я смотрела на себя и пыталась привыкнуть к простой мысли: теперь у меня не было дома, где все лежало на привычных местах.

Не было мужа, которому можно было сказать: «У нас закончился кофе», и не думать, что сама фраза может стать началом ссоры.

Не было кольца на пальце.

Зато было назначение врача в сумке, ранняя беременность и документы, из-за которых люди выходили к старой проходной ночью.

Я умылась холодной водой, аккуратно почистила зубы и остановилась, когда к горлу снова поднялась тошнота. Не сильная, но настойчивая. Как тихое напоминание: тело теперь жило не только в повестке развода, фонда и угроз.

На кухне Мира уже разговаривала по телефону. Она сидела у маленького стола, в мужской футболке поверх своих брюк и с видом человека, который победил неудобное кресло только силой характера. Перед ней стояли ноутбук, чашка кофе и раскрытый блокнот.

— Нет, оригиналы у меня не лежат россыпью на подоконнике, — говорила она сухо. — Да, копии сохранены. Да, объяснение Дарьи есть. Нет, я не буду пересылать вам все в мессенджере, потому что мы не обсуждаем подделку подписи как выбор обоев. Жду вас к десяти.

Она отключила звонок и посмотрела на меня.

— Доброе утро. Ты выглядишь как человек, который проснулся в романе про развод, коррупцию и токсикоз.

— Спасибо за нежность.

— Я старалась подбирать мягкие слова.

Я села напротив и налила себе воды. Чайник был новый, стаканы одинаковые, кухня без единой лишней вещи. В этой квартире даже тишина казалась временной.

— Кто звонил?

— Эксперт по почерку. Предварительно готов посмотреть сканы уже сегодня, но для заключения понадобятся оригиналы или хотя бы качественные копии. Еще Демьян прислал номер регистрации обращения.

Мира развернула ко мне телефон.

Сообщение от Демьяна было коротким и деловым:

«Материалы переданы во внешний контур. Регистрационный номер 47-ОС/913. Контакт — полковник юстиции Веденин. Не связан с "Гранитом". Баженовой направлю официальный канал связи».

Я перечитала дважды.

— Он сделал.

— Сделал, — подтвердила Мира. — И это важно. Не потому, что мы теперь верим ему без проверки, а потому что он впервые вынес часть дела из своей системы, хотя ему это, скорее всего, неприятно до зубов.