Книга Развод с генералом. Больше не подчиняюсь, страница 67 – Виолетта Весна

— Ты хорошо его понимаешь.

— Я хорошо понимаю людей, которые привыкли спасать мир, не спрашивая у мира согласия.

В «Северный маяк» мы приехали без опоздания. Рената встретила меня в коридоре, посмотрела на лицо и ничего не спросила при администраторе. Только провела в свой кабинет и поставила на стол воду.

— Он будет через десять минут, — сказала я.

— Хорошо.

— Вы уверены, что можно здесь?

— Это кабинет для трудных разговоров. Он для этого и существует.

Я провела пальцами по подлокотнику кресла.

— Я не знаю, как сказать.

Рената села на край стола, не напротив, а сбоку, чтобы не давить взглядом.

— Просто. Чем проще будет первая фраза, тем меньше шансов спрятаться за объяснениями.

— «Я беременна»?

— Да.

Я закрыла глаза.

Слова были короткие. Вроде бы обычные. Миллионы женщин говорили их миллионам мужчин до меня, с радостью, страхом, надеждой, отчаянием, усталостью. Но у меня эти два слова стояли на краю целой жизни: развода, любви, предательства доверием, попытки начать заново и понимания, что заново теперь уже никогда не будет с чистого листа.

— Он захочет забрать меня домой, — сказала я.

— Возможно.

— Скажет, что это безопаснее.

— Скорее всего.

— Начнет перечислять врачей, охрану, режим, питание.

— Почти наверняка.

Я открыла глаза.

— Вы меня успокаиваете?

— Я помогаю тебе не удивляться. Когда человек ожидает удар, он может не падать от первого движения.

— А если он отреагирует иначе?

— Тогда ты позволишь себе заметить это. Но не будешь заранее платить доверием за реакцию, которую еще не увидела.

В дверь постучали.

Рената встала.

— Я буду рядом, в соседнем кабинете. Мира в приемной. Ты не одна, но разговор твой.

Она вышла.

Через несколько секунд в кабинет вошел Демьян.

Сегодня он был без пальто, в темном костюме, но без галстука. Вчерашняя усталость никуда не исчезла, только стала глубже. Он остановился у двери, как уже научился за последние дни, и не подошел, пока я сама не указала на кресло.

— Садись.

Он сел напротив.

Между нами стоял маленький столик с графином воды и двумя стаканами. На стене справа висела спокойная картина с рекой и мостом. Я почему-то зацепилась взглядом за этот мост, как будто он мог подсказать, как перейти из одной жизни в другую и не сорваться на середине.

— Ты была в клинике утром, — сказал Демьян.

Не вопрос.

Я посмотрела на него.

— Да.

— Я не спрашивал у Мирославы. Просто понял по времени и по твоему вчерашнему сообщению.

— Хорошо.

Он наклонился вперед, сцепив руки.

— Есения, я не буду тянуть из тебя объяснения. Ты сама назначила встречу. Я слушаю.

Вот и все.

Никакого вступления.

Никакой возможности отложить еще на минуту.

Я положила ладонь на колено, чтобы он не видел, как дрожат пальцы.

— Я беременна.

Демьян не изменился сразу.

Наверное, такие новости не входят в человека мгновенно. Они сначала касаются слуха, потом смысла, потом уже всего остального. Я видела, как он смотрит на меня, и в его глазах медленно появляется понимание. Не служебное, не расчетное. Голое человеческое.

Он встал.

Не резко. Просто поднялся, будто сидеть стало невозможно.

— Срок?

Голос был тихим, но в нем уже звучало напряжение.

— Маленький. Врач сказала, все соответствует раннему сроку. Повторный прием через две недели. Анализы я сдала сегодня.