Книга Развод на двоих не делится, страница 67 – Виолетта Весна

Рабочий разговор помог.

В нем не было места странному напряжению в пальцах, которое осталось после стакана с чаем.

Через час город закончился, дорога стала свободнее. За окном тянулись серые поля, лесополосы, заправки, редкие поселки с мокрыми крышами. Небо было низкое, тяжелое. По стеклу иногда расползались капли.

Алина убрала чертежи в папку и посмотрела в окно.

— Устали? — спросил Даниил.

— Нет. Просто давно никуда не выезжала по работе.

— Как ощущение?

Она подумала.

— Как будто я прогуливаю собственную катастрофу.

Он не ответил сразу.

— Хорошая формулировка.

— Не очень профессиональная.

— Зато точная.

Пауза.

Машина шла ровно. Даниил вел спокойно, без резких перестроений и необходимости всем на дороге доказать, что он главный. После Артема это было непривычно. Артем за рулем не нарушал грубо, но всегда ехал как человек, которому мир должен освободить полосу.

— Артем любил водить быстро, — сказала Алина.

Даниил посмотрел на дорогу.

— Вы сейчас часто сравниваете?

Она напряглась.

— Простите.

— Я не упрекнул.

— Звучало как упрек.

— Тогда плохо прозвучало.

Алина смотрела на его профиль.

— Да. Часто. Сравниваю. Не специально. Все время. Как вы говорите, как молчите, как дверь открываете, как кофе заказываете. Это ужасно раздражает.

— Понимаю.

— Вот это тоже раздражает.

Он чуть улыбнулся.

— Что именно?

— Что вы не обижаетесь.

— Я обижаюсь. Просто не всегда успеваю сообщить.

Алина неожиданно рассмеялась.

— То есть мне подождать?

— Можно. Но не обещаю.

Потом они снова молчали.

Не неловко.

Алина ловила себя на том, что не заполняет паузу. Не ищет вопрос, не предлагает музыку, не спрашивает, не холодно ли ему, не хочет ли остановиться. С Артемом тишина часто превращалась в обязанность угадать его состояние. Рядом с Даниилом тишина была просто тишиной.

На объекте было грязно.

И холодно.

Гостевой дом стоял на краю соснового участка, еще без нормальной дорожки. До входа пришлось идти по временным доскам, которые проминались в глину. Алина почти сразу испачкала ботинки, потом перестала смотреть под ноги так трагически.

Прораб встретил их у входа с планшетом и лицом человека, которому дизайнеры мешают жить.

— Даниил Сергеевич, ну мы все по плану сделали.

— Поэтому мы и приехали, — сказал Даниил.

Прораб не оценил.

Внутри пахло штукатуркой, деревом, строительной пылью и чем-то влажным. Рабочие ходили по лестнице, кто-то резал материал в соседнем помещении, откуда доносился резкий звук инструмента. Окна были большие, но свет в серый день входил тускло, и все задуманные “теплые зоны” пока выглядели как дорогой подвал.

Алина сняла перчатки, достала блокнот.

— Свет здесь не сработает, — сказала она через пять минут.

Прораб вздохнул.

— Еще даже светильники не поставили.

— Потому и говорю сейчас.

Даниил повернулся к ней.

— Где?

Она показала на участок стены и потолка.

— Здесь получится темный провал. На визуализации красиво, но там был другой угол и солнце. В реальности зона у дивана будет мертвая. Надо добавить боковой сценарий. Не потолок, иначе будет баня.

Прораб обиделся.

— Почему сразу баня?

Даниил посмотрел на потолок.

— Потому что баня.

Прораб замолчал.

Алина прошла дальше. В гостевой спальне ткань, выбранная по образцу, на месте выглядела холоднее. В санузле зеркало оказалось повешено на три сантиметра выше, чем нужно, и это почему-то сразу делало комнату чужой. В холле декоративные рейки, которые заказчик очень хотел, “чтобы статусно”, торчали как забор.