Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 15 – Виолетта Весна

Я не помнила этого обращения.

Но почерк был мой.

«Перезвонить. Срочно. Контур. Вдова? Проверить через В.»

Я перечитала три раза.

Вдова.

Кретов.

Имя в заявлении: Таисия Павловна Кретова.

У меня похолодели пальцы.

Таисия.

Та самая Таисия, чье имя сегодня вспыхнуло на телефоне Арсена. Женщина из закрытой квартиры. Женщина, возле которой стоял мой муж и мальчик Лев спрашивал, когда он придет.

Я быстро просмотрела распечатку электронного обращения.

Текст был короткий, сухой, явно написанный человеком, который боялся оставлять лишние следы.

«Мой муж, Кретов Даниил Сергеевич, сотрудник технической группы, погиб при обстоятельствах, которые официально признаны несчастным случаем. До смерти он собирался передать сведения о поддельных закупках аварийного оборудования и возможной утечке маршрутов. Мне необходимо проконсультироваться с Варварой Ильиничной Градовой лично. Не через приемную. Не по общему телефону. Это касается управления „Контур“. Если со мной что-то случится, прошу связаться…»

Дальше строка была обрезана.

Не скопирована. Не стерта. Именно обрезана при печати.

Я перевернула лист.

На обороте стояла дата.

Четыре месяца назад.

Я должна была видеть это письмо. Должна была перезвонить. Должна была поднять дело.

Но не подняла.

Почему?

Я открыла ящик стола, где хранились старые журналы входящей корреспонденции. Нашла нужный месяц. Пролистала. Номера, фамилии, даты. Кретовой не было.

— Этого письма нет в журнале, — сказала я тихо.

— Может, не зарегистрировали? — спросил Сергей Николаевич.

— У нас не теряются такие письма.

— У всех теряются.

— Не такие.

Я снова посмотрела на свою пометку: «Перезвонить. Срочно».

Значит, я видела обращение. Или мне его показывали. Но дальше оно исчезло из системы.

В голове начал складываться неприятный ряд.

Таисия обращалась ко мне.

Письмо не зарегистрировали.

Теперь ее дело ищут ночью в моем шкафу.

Арсен запрещает мне приближаться к ней.

И кто-то присылает сообщение: не ходите туда, где вас ждут.

Я достала телефон.

От Арсена — пять пропущенных.

Еще два сообщения.

«Где ты?»

«Варвара, не делай глупостей».

Я смотрела на экран и чувствовала, как злость поднимается снова. Чистая, холодная. Он знал. Он знал, что имя Таисии связано не только с его тайной квартирой, но и с моим фондом. И все равно не сказал.

Дверь в офис распахнулась.

— Я просила сидеть у меня дома, — сказала Полина с порога.

Она вошла быстро, без пальто, с сумкой на плече и выражением лица, при котором разумные люди начинали отвечать сразу и честно. За ней шли двое полицейских.

— Я тоже рада тебя видеть, — сказала я.

— Не начинай. Что трогала?

— Почти все важное.

— Прекрасно. За что мне такая подруга?

Она подошла ближе, увидела папку в моих руках и перестала ругаться.

— Что это?

Я молча протянула ей лист.

Полина прочитала. Еще раз. Потом подняла на меня глаза.

— Таисия?

— Да.

— Та самая?

— Похоже.

Она посмотрела в сторону полицейских, которые разговаривали с Сергеем Николаевичем у входа.

— Убери это.

— Что?

— Убери в сумку. Сейчас.

— Поля…

— Варя, если сюда вошли за этой папкой, а полиция приедет и оформит ее как вещдок, завтра мы можем ее больше не увидеть.

Я не стала спорить.

Сунула листы в сумку под пальто. Оставила в папке только копии без имени Таисии и пустой конверт.