Онлайн книга «Кровь зимы»
|
— Туда, — Звонка потянула Каю за собой. Остановилась, улавливая запахи. — Ну у вас тут и… смердит! Пахло обыкновенно, пожалуй. Камнем. Людьми. Едой. И теми драгоценными маслами, которые оставались следами прикосновения человеческих рук. Но примешивалось к этим ароматам что-то иное, заставляющее морщиться. По лестнице Звонка взлетела. Задержалась наверху: — Шевелись, княгиня! Ты как сонная муха! Чего-чего, а уважения к титулу у Звонки не было. И плевать, Кае не уважение нужно. Она, стиснув зубы, поднялась следом. Ноги худо-бедно слушались. А если в перила вцепиться, то вообще нормально. Коридор. Вправо Кая ходила, а вот влево — нет. Какая-то женщина, сидя у стены, завывала. Она обняла себя, вцепилась пальцами в собственные плечи и раскачиваясь влево и вправо. Голос её, отражённый стенами, становился лишь сильней. — Эй, — Звонка отвесила женщина оплеуху, и та замолчала, подняла лицо с черными напрочь безумными глазами. — Храм. Что тут происходит? — Там… — женщина повернулась к коридору и вытянула руку. — Там… там все! Умерли все… — Так уж и все? — Все, — она мотнула головой и втянула слюну, нити которой поползли изо рта. — Малашка умерла… и Белянка. Смешана… Забава… упала и высохла, как будто её… — Ведьма. Всё-таки сумела вывернуться, — сплюнула Звонка и, глянув иначе, сказала: — Знаешь, княгиня, возвращайся. Иди вон к поляне. Скажи, что ведьма выжила. — А не должна была? — После того, что ты сотворила? Нет… ты ж, считай, кусок её сожгла. И поверь, ей было больно. И она должна была бы от этой боли окочуриться… Женщина опять завыла. И Кая наклонилась над ней, коснулась волос. Влажноватые. И страх над ними вьётся красным туманом. Кая подхватила его, осторожно, чтобы не забрать больше, чем надо. — Как тебя зовут? — Да она тебя… — Лисёна, г-госпожа, — женщина замолчала. — Я… я туточки вот… взяли… со дворовых… госпожа… заприметила. Женщина не старая. Лицо круглое, мягкое. И не только лицо. От женщины пахло хорошо, живым, тёплым. И Кая наклонилась ниже, втягивая этот вот запах. Действительно… очень хороший. Сладкий. А страх… страх тут лишний. И Кая подбирает его ошметки, как будто пыль вытягивает. — Лисёна, сейчас мы поговорим, и ты пойдёшь вниз. Там лестница. Вот там. За мной. Видишь? Кивок. И страх уходит в глазах. — Выйдешь из дома и пойдёшь в сад. Ты знаешь, где сад? Снова кивок. — Хорошо. Там будут люди. Из Храма. Понимаешь? Подойдёшь к кому-нибудь и скажешь, что княгиня Скопина приказала оцепить дом. Что ведьма, которую они ищут, жива и находится в доме. Ясно? Теперь кивок был медленным. — А… а вы? — робко уточнила Лисёна. — А мы тут останемся, — Кая говорила мягко, успевая подобрать новые ошметки эмоций. Страх жил внутри Лисёны, но туда Кая не полезет. Не сейчас. — Ты расскажешь, кто там? — она указала на черноту коридора. — И где? В столовой? — Н-нет… в п-покоях старой госпожи. Она всех собрала… чтоб… читали. Книги читали, — страха стало больше. Он прилипал к пальцам и норовил заползти под кожу. Сердце отзывалось на прикосновение, ускоряя стук, но Кая умела справляться с подобным. Страх… жаль, некуда деть. Или… Пусть будет. Кая пошевелила пальцами, скатывая вязкую нить в комок. — Книги — это хорошо. — сказала она. — Я вот люблю книги. Что ещё? |