Книга Завтра наступит дважды, страница 43 – Лера Лебедь

— Когда это я говорила тебе повзрослеть?

Полина обернулась.

— Тебе этого не вспомнить, — сказала она. — Потому что этого ещё не было.

И ушла в актовый зал.

Внутри уже рассаживались. Полина прошла между рядами и заняла место рядом с Эдиком. Тот сидел мрачный, как туча, и демонстративно смотрел на сцену, делая вид, что рядом никого нет. Полина не стала с ним заговаривать. Ей было всё равно.

Началась церемония вручения. Всё как всегда. Директор, паузы, аплодисменты. Полина слышала свою фамилию, встала, поднялась на сцену. Взяла аттестат. Снова эта синяя корочка. Снова жидкие хлопки. Ничего нового.

Она посмотрела на Елену Александровну. Та стояла у края сцены, поджав губы. Полина одарила её злобным взглядом. Даже не попыталась улыбнуться.

Со стороны её лицо выражало полную апатию и раздражение. Она не улыбалась, смотрела исподлобья, и на этот раз совершенно не нервничала. Внутри было пусто. Только усталость.

Она сошла со сцены и вернулась на место.

Ну что ж. Можно поздравить себя. Аттестат она получила уже в третий раз.

А впереди вечеринка. И позор. Снова.

Пора пристегнуть ремни. Потому что в этот раз всё будет иначе. Или нет. Но она, по крайней мере, не собиралась сидеть сложа руки.

Полина ворвалась в спортивный зал, и её тут же накрыло запахом, от которого захотелось зажать нос. Сладкая газировка, дешёвые цветочные духи, лак для волос, пот, разогретые тела. Всё смешалось в один удушающий поток. Сверху давил жёлтый свет ламп, мигала цветомузыка. Музыка гремела так, что стены дрожали. Вокруг веселились. Люди смеялись, толкались, что-то кричали друг другу, размахивали руками. А Полина стояла у входа и чувствовала себя невидимкой. Её никто не замечал. И от этого было ещё тоскливее.

Она взглянула на сцену. Двое парней возились с микрофоном. Один стукнул по нему пальцем — из колонок раздался глухой, противный стук. Скоро всё начнётся. Снова. В третий раз.

Неужели она опять должна это услышать? Опять прочитать в чужих глазах насмешку? Опять стоять, как оплёванная, перед всей школой?

Полина закрыла глаза.

Перед ней всплыла та ночь. Ночь после настоящего выпускного, двенадцать лет назад. Она сидела в своей комнате на подоконнике, поджав под себя ноги. За окном только что прошёл дождь, и пахло мокрой землёй и тополями. На небе висела полная луна — холодная, равнодушная, как глаз наблюдателя. Полина смотрела на неё и мечтала.

Как выходит на сцену. Как вырывает письмо из рук той девушки в зелёном. Как рвёт его на мелкие куски. Как гордо машет всем ручкой и уходит. Навсегда. Из этой школы. Из этого города.

Она так часто представляла это, что сцена стала почти настоящей. Но тогда она не решилась. И потом много лет жила с этой занозой.

Теперь у неё есть шанс.

Полина открыла глаза. Зал снова обрушился на неё шумом. Выпускники собирались у танцпола. Девчонки поправляли платья, мальчишки делали вид, что им всё равно. Всё повторялось. Всё до мелочей.

И вдруг она поняла, что надо делать.

Вот оно!

Полина двинулась вперёд.

Она шла быстро, не оглядываясь, расталкивая людей перед собой. Кто-то ойкнул, кто-то выкрикнул ей вслед, но она не слышала. Внутри неё билась одна мысль: письмо. Забрать. Уничтожить. Не дать этому случиться.

Заиграла медленная музыка. Парочки вышли на танцпол. Справа, у стены, Полина заметила Оксану и Эдика. Они не танцевали. Стояли вплотную друг к другу и о чём-то яростно спорили. Оксана взмахивала руками, Эдик качал головой. Плевать. Сейчас не до них.