Книга Завтра наступит дважды, страница 81 – Лера Лебедь

— Пора собираться, — сказала мама. Голос тихий, осторожный. — Ты померила платье? Подошло?

Полина подошла к ней. Взяла за руки. Ладони у мамы были тёплые, шершавые. Пахли тестом и ванилином. Запах детства.

— Мам. Платье шикарное. Спасибо тебе.

Мама замерла. Улыбка вышла растерянной. Как будто она не знала, что с ней делать. Как будто ждала подвоха.

— Да я что… — начала она. — Ничего я не сделала. Я просто хотела, чтобы ты была красивой. На своём выпускном. Чтобы ты блистала. И была счастлива.

Она говорила это так, будто оправдывалась. Будто должна была объяснить, почему посмела сшить дочери платье. Почему посмела надеяться, что ей понравится.

Полина обняла её. Крепко. Прижалась лицом к плечу. Мама пахла мукой и ванилином. Домом. Детством. Всем, что Полина так долго пыталась забыть. Она чувствовала, как мамины руки сомкнулись у неё на спине. Как дрогнули плечи.

Они стояли так. Долго. Никто не хотел отстраняться первым. Мама погладила её по спине. Медленно. Как в детстве. Когда Полина приходила к ней с разбитой коленкой или ссорой с подружкой. Когда весь мир казался враждебным, а мамина ладонь — единственным спасением.

Потом мама отодвинулась. Погладила Полину по щеке. Тыльной стороной ладони. Медленно.

— Такая взрослая стала, — сказала она тихо.

Полина кивнула. Голос не слушался. В горле стоял ком. Она хотела сказать что-то ещё. Что-то важное. Но слова застревали. Только кивнула. Ещё раз. И ещё.

Мама улыбнулась. Вытерла глаза тыльной стороной ладони. Оставила на щеке белую полосу муки. Не заметила.

— Спускайся. Блины стынут.

— Скоро.

Мама вышла. Прикрыла за собой дверь. Тихо. Как будто боялась нарушить что-то хрупкое. Полина осталась одна.

Она постояла ещё немного. Потом подошла к зеркалу. Надела платье. Бардовое, мягкое. Ткань легла на плечи, на талию. Село по фигуре. Не идеально. Но хорошо. По-своему. Полина расчесала волосы. Долго. Прядь за прядью. Смотрела на себя. В отражении — не прежняя полноватая девчонка с красным носом и сальной кожей. Молодая девочка. Которой ещё только предстоит прожить долгую жизнь. Прыщи пройдут. Вес уйдёт. Проблемы станут другими. Большими. И реагировать на них она научится достойно.

Полина поправила волосы. Улыбнулась себе. Той, из прошлого. И той, из будущего. Которая уже знала, что всё будет хорошо. Рано или поздно. Но будет.

— Я устрою себе лучший выпускной, — сказала она вслух. — Слышишь? Лучший. Чтобы потом возвращаться сюда. В родные края. С радостью. С теплом. С благодарностью.

Отражение молчало. Но улыбалось.

Полина спустилась на первый этаж. Ступени скрипнули под ногами — знакомо, по-домашнему. Она надела туфли на каблуках. Не те, что в прошлые разы, а другие. Удобные. Бардовые, в тон платью. Каблук невысокий, устойчивый. Полина сделала шаг. Потом ещё один. Цоканье по деревянному полу — резкое, чёткое. Она шла и слушала этот звук. Он ей нравился. Уверенный. Спокойный.

В кухне мама и папа разом обернулись. Как по команде. Полина улыбнулась. Покружилась на месте. Подол платья взметнулся, струясь вокруг ног. Ткань мягко шлёпнула по коленям. Полина засмеялась.

— Мам, платье потрясающее! Я в нём так хорошо выгляжу!

Мама всплеснула руками. Глаза заблестели.

— Правда? Тебе идёт? Не жмёт нигде? Может, подшить ещё?