Книга Исповедь дьявола, страница 112 – Софи Баунт

После ссоры в квартире Виктора я долго не разговаривала с Глебом. Как и он со мной. Я вспылила, что за столько лет он не сумел меня узнать под личиной Ренаты, а Глеб разозлился из-за моей связи с Виктором. Впрочем, я никогда толком и не появлялась на глаза Глеба или Лео, лишь иногда мелькала, так что винить их не в чем. Большую часть времени я проводила в других городах, охотясь на жертв «Затмения». Вернее, не я, а скорее Рената, или… ух. Моя голова – хренов калейдоскоп. Я ненавижу Ренату. Не-на-ви-жу. Но где я и где начинается она, не всегда понимаю. У меня извечные пробелы в памяти. Кажется, словно в моей голове давным-давно поселились мыши, которые грызут провода. И с каждым годом эти вредители плодятся все больше.

Если вы думаете, что физическая боль – самое страшное, то вы никогда не забывали лица родителей. Душевная боль способна уничтожить человека до основания.

Когда Рената выталкивает меня из головы, я будто отключаюсь, а затем просыпаюсь, как от долгого сна, не понимая, где была и что делала целую неделю.

Щелчок.

И меня нет.

Будто кто-то выключает экран, и я остаюсь в темноте, а потом забываю этот отрезок времени. Не могу понять, что из моих воспоминаний реальность, а что галлюцинации.

Короче говоря, Глеб ни в чем не виноват. Да. Не знаю, почему я так на него разозлилась. Из-за того, что он оскорблял Виктора? Потому что помешал нам?

Уже не важно…

Мириться Глеб все равно пришел первым. Теперь в моей комнате, под купольной стеклянной крышкой, стоит уникальный белый цветок, олицетворяющий возрождение забытого. Я смотрю на подарок Глеба и ловлю флешбэки. Даже таблетки не спасают. После романа с Виктором мой мозг словно перезапустили, и в системе идет постепенная загрузка кусочков данных, которые хранятся в недрах подсознания. Я чувствую ледяные пальцы прошлого на коже. Они обхватывают все крепче. Впиваются до боли. Разрезают меня. Но я сопротивляюсь. Да, я хочу вспомнить все то хорошее, что было, но оно идет в комплекте и с ужасным. Мое детство. Убийства. Зверства, которые творила Рената по поручению «Затмения». Все заблокировано. Однако ключи в замках медленно прокручиваются, и скоро цепи, что удерживали мои кошмары, бряцнут о пол.

Я хочу этого.

И до смерти боюсь.

Спрятавшись за широким горшком с лимонным деревом, я слежу за Глебом и Жанной. Они ругаются. Не знаю точно, из-за чего, но это связано с «Затмением» и тем, о чем Эми, Лео и Глеб говорили на террасе. Речь о каком-то веществе. Я слышала лишь обрывки разговоров, поэтому восполняю пробелы, подслушивая.

Сначала я не придала этим ссорам особого значения. У нашей семьи поводов подраться друг с другом – как тараканов на помойке, так что я просто невзначай спросила у Стеллы, из-за чего скандал… но ответа не получила. Тетя увильнула. Проигнорировала меня!

Интересный поворот.

Теперь я заинтригована.

Теряете, тетя, хватку, ох, теряете. Старость подползает незаметно (главное, самой Стелле не ляпнуть про старость, а то окажусь в могиле раньше, чем она).

В общем, расклад такой: раз никто не желает со мной делиться секретиками добровольно, приходится действовать по старинке.

Старый. Добрый. Шпионаж.

Обожаю!

Вальтер всегда говорил, что мастер сначала изучает противника и обстановку, прежде чем ринуться в атаку, будь то поле боевых действий или шахматная доска. В моем случае – убийства по поручению тайного общества.