Книга Исповедь дьявола, страница 200 – Софи Баунт

Как бы я ни любила жить с Венерой, но эти паразиты нам уже всю кровь выпили, так что пусть и временный, но переезд в новую квартиру, где нет подобной гадости, меня радует.

Мертвый таракан шлепается на пол.

Я морщусь и решаю оставить его в качестве подарка новым жильцам, ибо эта дрянь – последнее, что я хочу сейчас трогать.

Адриана насекомое не сильно впечатляет. Он задумчиво жует свой рахат-лукум, проглатывает и спрашивает:

— Глеб, получается, один из членов этого тайного общества?

Я мешаю ложкой чай, как загипнотизированная, вдыхаю ароматный травяной пар, отвлекаясь от мыслей о мерзких тараканах.

Не знаю, зачем я рассказала Адриану про «Затмение». Я просто должна была с кем-то поделиться, посоветоваться. С тех пор как Виктор и Лео оставили меня, мне и поговорить не с кем о том, что происходит в городе. Первое время после ухода Лео я не выходила из дома и целыми днями либо залипала на турецкие сериалы, либо смотрела в потолок, – а вместо этого должна была искать способ, как бы заставить Лео согласиться с необходимостью стереть мне память.

Не представляю, что он ответит, услышав подобное заявление… конечно, любимая, дерзай?

Я уже почти свихнулась, когда меня навестил Адриан. Как и после смерти бабушки, он сумел меня успокоить – до его появления я будто плавала в другой реальности, ничего не видела вокруг себя, меня окружала непроглядная тьма… я ослепла. И чувствовала себя беспомощным, упавшим с дерева листиком, который ветер гоняет до тех пор, пока не разорвет на крупицы.

Адриан помог мне переродиться.

Не удивительно, что люди и прихожане церкви его обожают; не удивительно, что он привел к вере многих, несмотря на довольно юный для священника возраст. Он приходит в жизнь людей подобно цветущей весне. Всем хочется погреться и насладиться той сладкой, доброй, светлой энергией, которая от него исходит.

Не знаю почему, но я и сама испытываю к нему невероятно теплые чувства, словно мы дружим с раннего детства.

Начать дружить с Адрианом – это как встретить Маленького принца из сказки Антуан де Сент-Экзюпери и стать его дражайшей розой, за которой он ухаживал: поливал каждое утро, защищал от ветра стеклянным колпаком и очищал от гусениц. Кто откажется от такого друга?

Адриан – хороший человек, он никому не расскажет о «Затмении», да и рассказывать ему нечего. Не пойдет же он в полицию с заявлением, что в нашем крае есть некое влиятельное тайное общество?

Когда Виктор попытался выдвинуть подобную теорию на работе, его подняли на смех.

Я съедаю кусочек пахлавы.

По дороге в общежитие Адриан купил нам большую упаковку турецких сладостей.

— Глеб не по своей воле состоит в этом дурдоме, – устало объясняю я, наслаждаясь вкусом меда и орехов. – Он бы давно сбежал, но покинуть «Затмение нельзя.

— Иначе… что?

Адриан скептически выгибает бровь. Чашка останавливается в трех сантиметрах от его тонких губ.

— Иначе его убьют, – сурово заявляю я, хотя понятия на самом деле не имею, что случится.

Возможно, ему тоже сотрут память, как Лео?

Маловероятно. Они не станут рисковать, ведь интеллект Глеба ни в коем случае не должен пострадать. Остаются угрозы.

Я далеко не все рассказала Адриану. Я упомянула Глеба и Стеллу, но не выдала, что Лео тоже связан с «Затмением», хотя, думаю, он и сам догадался. В любом случае мне пришлось солгать, что ссора с адвокатом произошла из-за Мариам.