Книга Генерал, мы в разводе!, страница 41 – Максим Добров

— Антон, встречу отменяем, — сказал он в гарнитуру. — Выводи наблюдение, мы уходим.

Ответ пришел вместе с треском помех:

— Западная точка не отвечает. Камеру на крыше сняли минуту назад. Глеб, вас срисовали.

Прожекторы вспыхнули одновременно. Белый свет ударил в лобовое стекло, сзади въехал грузовой фургон и остановился поперек дороги. Первый выстрел разбил задний фонарь, второй выбил крошку из бетонного блока возле колеса.

— Ниже! — крикнул Глеб.

Он резко сдал назад, развернул машину между ограждением и зданием, но переднее колесо попало в металлический шип. Покрышка лопнула с глухим хлопком, машину повело, и Глеб остановил ее за низкой стеной.

— Справа служебный вход, до него двадцать метров, — произнес он, уже проверяя двор. — Предлагаю идти туда. Другого выхода не вижу.

Даже под огнем он успел превратить приказ в предложение. Я выглянула через разбитое стекло: люди Льва двигались к главному входу, оружие держали направленным не на нас, а в сторону группы Марка.

— Идем вместе, — сказала я.

Алина сжала красную помаду в ладони. Ее трясло, но голос прозвучал твердо:

— Я тоже.

Мы перебежали к стене. Ветер с реки ударил в лицо, за спиной раздался голос Льва:

— Алина! Иди ко мне! Марк приехал тебя убить!

Он стоял у седана в окружении охраны, изображая отца, который приехал спасать дочь. Марк вышел из-за другого внедорожника без оружия в руках.

— Не слушай его, — крикнул он. — Твой отец хочет забрать деньги и свалить все на тебя. Я не позволю ему снова тебя использовать.

Алина коротко рассмеялась, но смех оказался хриплым и болезненным.

— Как удобно. Каждый обещает спасти меня от второго.

Глеб закрыл нас собой и двинулся к служебной двери. В наушнике снова ожил Белов:

— Правый сектор потерян, наблюдателя держат внутри. Не идите к зданию, там засада.

Предупреждение опоздало. Дверь распахнулась, двое мужчин в рабочей одежде появились почти вплотную. Один схватил Алину, второй направил пистолет мне в живот.

Я ударила первого коробкой с туфлями, но картон только смялся. Красная помада выскользнула из руки Алины. Я успела наступить на футляр и дважды нажать донышко носком. Под подошвой прошла короткая вибрация.

Сигнал ушел.

— Брось оружие, генерал, — велел мужчина, приставляя ствол к виску Алины.

Глеб замер. В его глазах появились ярость и такой открытый страх, что у меня сжалось горло. Пистолет медленно опустился на асфальт.

— Вера, отойди к машине, — сказал он.

Реплика прозвучала не как приказ, а как просьба человека, который уже понял мой ответ.

Алина встретилась со мной глазами. В них не осталось ни расчета, ни упрямства, только страх оказаться одной между отцом, женихом и чужим оружием.

— Я останусь с ней.

Глеб едва заметно качнул головой, но не попытался решить за меня.

— Понял.

Нас втолкнули в терминал. Внутри пахло сыростью и ржавчиной, вдоль стен стояли старые кассовые стойки, за грязными окнами чернела Волга. Лев ждал в центре зала с четырьмя людьми.

Увидев дочь, он шагнул навстречу, а затем сразу посмотрел на ее пустые руки.

— Где флешка?

— Здравствуй, папа.

— Не начинай. Где носитель?

— Там, где ты его не достанешь.

Он ударил ее по лицу. Голова Алины дернулась, на щеке выступило красное пятно. Я рванулась вперед, но охранник выкрутил мне руку, и боль прострелила плечо.