Книга Генерал, мы в разводе!, страница 48 – Максим Добров

Лицо Глеба осталось спокойным.

— Понимаю.

— То, что ты сразу сообщил о конфликте интересов и передал операцию мне, будет учтено. Но отчет напишешь без пропусков. Мне уже интересно, как в деле появились банный клуб, семейная терапия и торт.

— Некоторые обстоятельства не имели оперативного значения, — сухо сказал Глеб.

— Генерал в полотенце имел большое психологическое значение, — заметила я.

Белов отвернулся, скрывая смех. На скулах Глеба проступил румянец, но настоящей злости уже не было.

К рассвету двор опустел. Я стояла у ограды, завернувшись в плед. Запястья горели, колено саднило, а тело постепенно вспоминало каждое место, которым я ударилась за эти дни.

Глеб подошел сбоку. Скулу ему заклеили, ребра велели обследовать, и по тому, как он держался, половину рекомендаций он уже мысленно отменил.

— Ты слишком близко к проезжей части, — сказал он.

Я посмотрела на пустую дорогу.

— И что предлагаешь?

Он протянул ладонь.

— Пожалуйста, отойди со мной к ограде. Мне будет спокойнее.

Я вложила пальцы в его руку. Глеб не потянул, а подождал, пока я сама сделаю шаг.

У воды он долго смотрел на серую поверхность Волги. На лице сменились решимость, сомнение и та уязвимость, которую раньше он прятал за должностью.

— Я не стану сейчас предлагать снова пожениться.

— Разумное начало.

— И не буду утверждать, что последние дни все исправили. Не исправили. Я еще буду ошибаться, пытаться командовать, когда испугаюсь, и считать свой план самым правильным.

— Честная реклама.

В уголках его глаз появилась слабая улыбка, но быстро исчезла.

— Я не прошу вернуться в старый брак. Его больше нет, и это правильно. Но хотел бы познакомиться с тобой заново. Не как генерал с объектом защиты и не как бывший муж, который уверен, что уже все знает.

Он не доставал кольцо и не строил за меня новую жизнь. Просил о первой встрече у женщины, с которой прожил семь лет.

— Мое агентство рассматривает возвращение бывших только после заполнения анкеты, — сказала я.

На его лице сначала появилось осторожное недоумение, затем взгляд потеплел.

— Где получить бланк?

Через шесть недель агентство «Красиво ушла» снова пахло кофе, бумагой и легким нервным срывом, который неизбежно сопровождал любое расставание с совместной ипотекой. Возле входа дежурила охрана по нормальному договору, а не из загадочного генеральского фонда заботы. Журналисты исчезли после официального подтверждения: Алина сама заказала услугу, добровольно покинула свадьбу и скрыла от меня истинную цель побега.

Сайт восстановили, клиенты вернулись, причем некоторые начинали разговор словами: «Мне бы так же эффектно, только без стрельбы». Приходилось объяснять, что свадебный автобус, вооруженное сопровождение и генерал на капоте не входят в базовый тариф.

Деньги на кошельке заморозили. Алина дала доступ, передала документы и сотрудничала со следствием через независимого адвоката. Это не отменяло кражу и ложь, но позволяло расследовать схему отца и Марка по переводам, доверенностям и записи из терминала. Лев и Марк больше не могли договариваться с журналистами вместо следователей: их процессуальное положение и ограничения определял суд, а все разговоры проходили при защитниках.

Кира выпустила материал только после того, как полиция подтвердила подлинность записи и документов. В статье не было романтической легенды о невинной наследнице: она назвала и давление семьи, и кражу, и цену свободы, которую Алина попыталась переложить на других.