Книга Мое так называемое лето, страница 45 – Лада Шведова

— Может, я не хочу рассказывать именно тебе, и дело совсем не в «нежности»? – разозлилась я. – И вообще… у всех своя зона комфорта, а ты, как пещерный человек, прешь напролом, хотя мы почти не знакомы.

— Уже неделя прошла! Твое «почти не знакомы» звучит оскорбительно.

В моей истории не было ничего такого – плавание пришлось бросить после переезда к отцу, вот и все. У меня тогда вся жизнь рухнула, и плавание не ощущалось главной проблемой. Лишь когда прошло время я поняла, насколько соскучилась по бассейну, по команде, по тренерам. По старой школе и спортивному классу, в котором было много пловцов, борцов и легкоатлетов, и все мы учились так мало из-за многочисленных тренировок. По нашей с мамой квартире, по дороге до школы через дворы, в которых вечно лаяли собаки. По перекрестку, на котором весной продавали ландыши, и ими пахло аж до школы. Изменилось тогда для меня все, а переезд к отцу чувствовался как удар мешком по голове. Как плавание в грязных водорослях, которые всегда тянут ко дну. Как беспросветная хтонь. Как абсолютная противоположность яркому миру аквапарка и южному солнцу.

Я могла поделиться с Тимуром, но не стала. Потому что опасалась его все больше, и подпустить его ближе… нет. Мне и так не нравилась его Аврора, не хватало еще возненавидеть ее от зависти, потому что он – ее, целиком и полностью. Это была бы мелочная ненависть, некрасивая и противная.

— Ты заметил, какими нежными все стали? – усмехнулась я. – Оскорбляются, когда кто-то не отвечает на все вопросы по первому требованию.

Тимур рассмеялся:

— Туше, Сибирь! Но ты хороша, признаю.

Я встала, потянулась и неспешно прогулялась по площадке. Ветер мягко и приятно ласкал разгоряченную кожу и дул, казалось, во все стороны сразу – наверху у него словно не было направления. Огни «Дюны» подсвечивали неподвижные зеркала бассейнов, и сверху это выглядело завораживающе. Слева от аквапарка возвышался отель, и сейчас на нем плясали огни цветомузыки – постояльцев развлекали. Играла бодрая мелодия, но она терялась в звуках ветра и шуме моря – его столкновение с волнорезами тоже слышалось с высоты. И черная гладь моря блестела под светом Луны.

Умные мысли преследовали меня, но я была быстрее… до определенного момента. Когда адреналин от внезапных кувырков, забега по кустам и стремительного подъема на высоту сошел на нет, в голове немного прояснилось:

— Может, нам стоило просто уйти через забор, когда мы были внизу? То есть… – Я обернулась к Тимуру: – Михалыч же совершал обход. Он не стоял на одном месте, и мы могли спокойно дождаться его ухода и выбраться с территории аквапарка. Лезть на горки было не самой удачной затеей, мы же тут застряли теперь.

Тимур с покаянной улыбкой развел руками:

— Прости, Сибирь. Я боялся, что нас поймают, и… придумал, что придумалось.

— Придумалась тебе ловушка. – С высоты я видела, как между бассейнами бродили темные фигуры. Несколько из них столпились у административного здания, что уменьшало шансы уйти незамеченными. Мы только чудом не попались. Количество охраны в аквапарке по ночам впечатляло.

— Не драматизируй. Я нас отсюда вытащу – обещаю.

— Даже до того, как мы замерзнем?

— До наступления зимы, да. Так что там все-таки случилось с плаванием?

Я покачала головой и отвернулась – ну вот как с ним быть? Хоть спускайся к охране и сдавайся, в самом деле.