Книга Запах неотправленных писем. Пробуждение, страница 55 – Ляля Прах

Когда были нанесены последние штрихи, Хелен ловко обменяла у Кристофера зеркальце на такую же щетку для волос – тончайшая работа из бронзы, изображавшая буйно цветущий сад с птицами, была заложена в основу этих произведений искусства. Не просто пластмассовая расческа и такое же практичное зеркало. Нет. Практичность – это из мира мужчин, пусть же там и остается. Здесь же истинная любовь к себе прослеживалась в каждой детали подобранных Хелен аксессуаров. Любая мелочь заставляла ощущать живую эмоцию в любой момент времени. Наслаждаться своим пребыванием на земле. Праздновать эту жизнь прямо здесь и прямо сейчас. И беззаветно любить себя.

Хелен вручила зеркальце Анне, и когда та подняла его, изумление и восторг застыли на ее лице. Такой она еще никогда себя не видела! Лоск и шарм. Дорогая женщина отражалась в дорогом зеркале.

— Да, Иден, как это ни банально, но чем искуснее оправа, тем дороже при прочих равных смотрится бриллиант. – Хелен облекла в слова все эмоции, что невольно проявились у Анны.

Анна с детской непосредственностью обняла Хелен за шею и прошептала:

— Спасибо…

Сейчас она была жива, как никогда прежде. Так бы и провисела на шее у Хелен, наслаждаясь ароматом, исходившим от нее, однако мальчишкам, что сидели у них на коленях, не очень-то понравилась столь тесная близость, и они начали рьяно отталкиваться друг от друга, невольно став пленниками взрослых эмоций. Взрослых ли?

Анну поразила роскошь ресторана, к которому они подъехали на элитном такси, что вызвала Хелен. Парадный вход был величественным, рядом стоял швейцар, повелитель дверей, низко кланяясь прибывающим и убывающим гостям. Убывающим он кланялся ниже, пряча в карман свернутые врученные ему купюры, как заметила Анна, пока водитель услужливо отстегивал ремешки на детских креслах. Причем сначала он подал каждой из дам руку при их выходе из машины. Анна по привычке суетливо собиралась все сделать сама – быстренько открыть дверь и заняться сыном, но Хелен ее остановила.

— Не торопись, Иден. Позволь им поухаживать за тобой. Пусть сама жизнь служит тебе сегодня. Время пришло.

Когда они вошли в зал, Анна еле удержалась, чтобы не воскликнуть от изумления. Да, непростая это задача вести себя сдержанно, когда внутри тебя переполняют эмоции. Кристофер тоже во все глаза смотрел по сторонам. Однако тут же к ним подошел сам хозяин ресторана, поздоровался с Хелен, учтиво приложив губы к ее длинным пальцам. Они перекинулись парой слов, и по манере общения стало сразу понятно, что Хелен здесь завсегдатай.

— Стэнли, к чему эти церемонии, дай я поцелую тебя в щеку, как это положено старым друзьям. Так-то лучше. Это Иден. Стэнли, мы сегодня отмечаем особенный день, поэтому ждем от твоего повара особого искусства.

— Как всегда, Хэл, для тебя специальное меню от шеф-повара. – Мужчина повернулся к Анне. – Восхитительный бриллиант в твоей коллекции, Хэл. У тебя всегда был потрясающий вкус. Я крайне рад нашему знакомству, Иден, – с этими словами он приложился и к ручке Анны.

Потом подозвал няню, которая мгновенно увлекла малышей чем-то настолько интересным, что они безо всяких криков и плачей отправились за незнакомым человеком в незнакомую же обстановку детской комнаты. Раскланявшись с Хелен и Анной, сердечно заверив их, что они еще обязательно увидятся, хозяин жестом кликнул хостес, которая, поприветствовав вновь прибывших, проводила дам за их столик, удобно расположившийся в зале. С одной стороны находилась оранжерея, утопающая в диковинных растениях, с другой – стеклянная перегородка детской комнаты, чтобы можно было спокойно наблюдать за детьми. Впрочем, этого, похоже, и не требовалось. Мальчишки были полностью захвачены выбранными играми. Поэтому Анна смогла все свое внимание перенести в зал.