Книга Запах неотправленных писем. Пробуждение, страница 59 – Ляля Прах

Анна задумалась. В голове сразу всплыли моменты, когда она прислушивалась по ночам к спящему сыну – все ли хорошо, дышит ли. Но вот чтобы слушать, как дышит она сама? Пожалуй, никогда.

— Нет. А для чего, если все это происходит естественно и не нуждается в моем контроле?

Она взглянула сквозь стеклянную стену, разделяющую ее и Кристофера, который был увлечен шариком, скатывающимся по наклонной ложбинке вниз. Он был само внимание, все то, что существовало вокруг, его абсолютно не интересовало. Наверное, это и означает находиться в моменте, подумала Анна.

— Именно то, что мы принимаем за само собой разумеющееся – и есть настоящая жизнь. Дыхание, движение, действие. Все это нуждается в особом контроле. Только наблюдая за своим дыханием, ты в конечном итоге сможешь отделить ложное от истинного. Следи за каждым своим движением – и сможешь увидеть себя без иллюзий. Осознанно совершай каждое действие – и ты станешь хозяйкой своей жизни.

— А как же мысли? Нам всегда говорили о том, как важно следить за своими мыслями.

— Мысли – это обман, Иден. Все, что обдумано и оценено, уже не остается таким, каким пришло в этот мир, оно лишается чистоты. Любая оценка загоняет человека в рамки. Внуши женщине, что она красива – и она вцепится в эту красоту, как в истину, будет ею жить и ею же умирать, любые изменения, неизбежно вносимые временем, начнут сводить ее с ума. Отними у нее эту красоту – и останется пустота. То же и с умом. Как много женщин прячется за интеллектуальным занавесом. Женщин, которым однажды рассказали, что они – не красота. Их оценили… если хочешь, уценили на ярмарке тщеславия, но не забыли нацепить другой ярлык, подчеркнув, что зато те определенно умны. И они воздвигли щит из интеллекта и знаний, прячась за ним, как за стеной, из-за которой никто не увидит их мнимого уродства. Несчастные, не знающие того, что они не являются ни красотой, ни умом, ни деньгами, ни славой, ни авторитетом, ни королями или подданными, ни чинами или профессиями. Они отчаянно цепляются за ярлыки, когда-то повешенные на их выпуклое эго, которое так удобно поймать на удочку самой дешевой из известных манипуляций. И вот толпа уже возносит их к небу, они живут этим и этим упиваются, но когда та же толпа вдруг теряет к ним всякий интерес, избрав для себя нового кумира, им приходит конец, потому что сами они никогда не смотрели на себя своими собственными глазами – они видели себя лишь через призму того, что говорили о них другие. Важно очиститься, Иден, очиститься от любых навязанных мнений, любых присвоенных характеристик, от рассчитанных умниками дат, от знаков зодиака и даже от имени. Надо отказаться от любых опор, разрушить все рамки и ориентиры Все то, чему дано название, несет в себе смерть. Это страшно. Идти в правду всегда страшно, Иден, но только отрекшись от всяких знаний о себе, ты сможешь обрести целостность.

Воспоминания немедленно откинули Анну далеко в прошлое. Она по привычке замерла, устремив взгляд в одну точку. Детство, в котором ей постоянно приходилось слышать критику в свой адрес, выработало в ней иммунитет к плохому отношению и определило спутника ее дальнейшей жизни. Но разве эта жизнь ей по нраву? Разве она теперь живетрядом с домашним тираном, который не дает ей свободно дышать? Мысли одна за другой приходили к Анне, лишая ее покоя. Ей казалось сейчас, что нужно непременно все поменять, вырваться из плена, обрести новые смыслы. Вот только с чего же начать? Ведь она в полной зависимости от мужа. Ни профессии, ни капитала. Ничего, что дало бы ей опору под ногами, чтобы немедленно сбежать. Еще и Кристофер, который связал ее по рукам и ногам. Кажется, Анна впервые испытала досаду от того, что у нее есть ребенок. И сама испугалась этого.