Книга Запах неотправленных писем. Пробуждение, страница 80 – Ляля Прах

Она ждала разочарования на его лице или хотя бы мимолетного осуждения, а увидела только глубокое сострадание. Не унизительную жалость, которая превозносит одного над другим, а именно душевное сострадание, которое протягивает человеку теплые руки и говорит: держись, все будет хорошо, я с тобой. Анна была потрясена глубиной этого необычайного человека.

— Ошибка – это и есть сама жизнь, Иден. Тот, кто никогда не ошибается, считай, не живет. Ты делала то, что было доступно тебе на тот момент, и в этом нет твоей вины, как нет и вины мужа, и вины твоих родных. Да, обстоятельства твоей жизни и незнание себя вынудили поступить именно так, как ты поступила. Но ты довольствовалась малым лишь потому, что не знала о большем. Не смотри больше назад. Там давно уже нет тебя. Даже той Иден, что была секунду назад, уже нет. Мы меняемся каждый миг, каждый момент времени, мы моргаем, а когда открываем глаза – нас прежних уже не существует. Ты говоришь «непростительная ошибка». Но прощать или не прощать, решаешь только ты. Так не будь для себя палачом, не неси этот бесполезный груз прошлого, оставь его там, где ему место, прости себя, других и прими ту действительность, которая есть у тебя прямо сейчас. Полюби ее. И будь за нее благодарной.

Солнце зашло за горизонт, и сумерки опустились на сад. Птицы смолкли, а сверчки, наоборот, запели еще громче прежнего. Поднимался ветер, и уже становилось ощутимо прохладно.

— Пойдем в дом, Иден, не хочу, чтобы завтра ты не пришла ко мне на встречу из-за простуженных легких.

— Так значит, завтра у нас с тобой свидание, Мэйсон?

Он обнял ее за плечи, и они пошли к дому. Анна больше не чувствовала, что делает что-то неправильное, противозаконное. Наоборот, все внутри нее говорило о том, что она впервые поступает так, как надо. Так, как хочется ей, а не так, как хотят от нее другие.

— Можешь дать этому такое определение, какое тебе будет по душе, Иден. Пока тебе еще важно контролировать происходящее посредством условностей. Но я знаю, что скоро ты настолько обретешь внутренний баланс, что потребность давать всему названия и оценку отпадет сама собой.

— Вот ты где, а я тебя потеряла! Думала, не уехала ли ты, часом, домой, но няня сообщила мне, что Кристофер с Марком сейчас ужинают у себя, а значит, вряд ли ты где-то далеко.

Хелен была очень радостной сейчас, да и в целом настроение вокруг поменялось: оркестр играл красивую музыку, общение вокруг стало совсем непринужденным. Скинутые пиджаки, ослабленные галстуки, дамы, свободно смеющиеся над пошлыми шутками, и немного приглушенный свет – все это создавало расслабляющую атмосферу и приглашало задержаться гостей надолго. Мэйсона, как только они вошли в дом, перехватил Стэнли и, извинившись перед Анной, утащил его куда-то вверх по лестнице обсудить «одно неотложное дело». И не успела Анна вновь загрустить, никак не находя глазами Хелен в толпе, как та нашла ее сама.

— Удачный вечер, Иден. Мне таки удалось поговорить с этим неуловимым Джо, и мы даже подписали очень важный для меня документ, который позволит мне расширить полномочия своего венчурного фонда, продвигая его за рубеж в том числе. А как у тебя обстоят дела? Удалось с кем-нибудь обсудить то, о чем ты мне рассказала? Это же гениально, я уверена, что эта идея не осталась незамеченной. – Хелен выжидательно смотрела на Анну.