Книга Дурочка деревенская, страница 27 – Виолетта Иванова

Через две недели после возвращения с «морей» Даша стала просыпаться с чувством тошноты. Она списывала свое состояние на пережитый нервный стресс, потом на волнения из-за отца, который пил так, словно в последний раз. С одной стороны, это было даже для них с мамой лучше, так как он возвращался домой, еле держась на ногах. Анна Гавриловна каждый раз с ужасом ждала его возвращения домой. Несколько раз он наезжал своим трактором на забор, ломал его, а потом, ругаясь, чинил на следующий день.

— Убьется же ведь, — тихо говорила она, когда муж в очередной раз вываливался пьяным из кабины трактора.

— Да и пусть убился бы, — не выдержала один раз Дарья, когда отец вновь снес пролет забора, криво паркуясь у дома.

Мать только головой покачала.

— Даша, ты чего такая бледная ходишь? — спросила однажды мама, когда девушке было особенно плохо утром.

— Да не знаю, видимо что-то съела не то. Или никак от моря отойти не могу, — постаралась пошутить Даша.

— Ты бы к Елене сходила, в пятницу она должна быть.

— Схожу, — согласилась Даша, понимая, что она уже довольно сильно похудела, а еще сквозь ее бронзовый загар явно проступала нездоровая серость.

Она собралась к фельдшеру, Анна Гавриловна решила сходить вместе с дочкой. Последнее время стала часто жаловаться на боли в груди. Отец, как обычно, утром уехал куда-то на своем тракторе. Мать даже не спрашивала, куда он ездит. Два дня назад всех работников совхоза официально уволили, торжественно обещая когда-нибудь выплатить всю задолженность по зарплате.

— Ну что, Дарья, поздравляю, — сказала Елена Ивановна, когда осмотрела девушку, — ты скоро станешь мамой.

— Что? — Даше показалось, что кто-то выкачал весь воздух из ее легких. Она опустилась на расшатанную кушетку, прижимая холодную руку к груди. — Как мамой?

— Ну как обычно, — усмехнулась фельдшер. — Сначала походишь беременной, а потом родишь мальчику.

— Почему мальчишку? — Даша все никак не могла поверить в то, что услышала и все остальное воспринимала, как какую-то шутку.

— Да вот мне кажется, что мальчишка у тебя будет. Опыт, знаешь ли. А маме своей скажи, что ей не мешало бы в больницу в район съездить. Не нравится мне ее сердце. Я пока вам обоим выпишу витамины. Найдите возможность в район съездить или ждите, когда я привезу.

— Хорошо, — Даша только смогла кивнуть, поднялась с кушетки и вышла из кабинета в коридор, где ее ждала мама.

— Ну что? — спросила Анна Гавриловна, подходя к дочери. — Все хорошо?

— Да, хорошо, — словно автомат, ответила Даша, прижимая к груди рецепты, что выписала им фельдшер.

— Анна, ты бабушкой скоро станешь, — из кабинета вышла Елена Ивановна. — Так что сама знаешь — следи, чтобы тяжести твоя Дашка не таскала, да и питаться ей надо хорошо.

Мама ничего не ответила, только согласно кивнула головой, и они вместе с Дашей вышли на улицу. Они дошли до остатков скамейки, которая стояла недалеко от фельдшерского пункта, опустились на нее.

— Отцу не говори. Убьет, — проговорила Анна Гавриловна.

— Знаю, — тихо ответила Даша.

— Отец ребенка знает об этом? — мама головой кивнула на живот. — Будешь ему сообщать?

— Нет. Я не знаю, где его искать.

Даша уронила голову лицом в сложенные ладони и заплакала. Впервые за последний месяц после возвращения с моря она плакала, не останавливаясь. Ее словно прорвало, накопившиеся беды не смогли больше удерживаться внутри. Сквозь рыдания, Даша рассказала маме историю своей короткой любви.