Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 132 – Яна Ланская

— Ты чего здесь? — спрашивает она. Голос обеспокоенный.

— Машу жду! — голос хриплый, спросонья. — Мы поссорились. Нам надо поговорить. Очень. Где

она? Скоро придёт?

Лиза смотрит на меня. Долго. Изучающе.

— В Сербии, — говорит наконец. — Улетела вчера к своей маме.

— В Сербию? — переспрашиваю я. — А... А надолго?

Лиза смотрит на меня. Взгляд у неё странный. Вроде оценивающий, вроде изучающий, но не

враждебный. Как у мамы, когда она решает, стоит ли мне доверять.

— Давай не здесь, — кивает в сторону лифта. — Пойдём к нам. У меня всё равно к тебе пара

вопросов по дому.

— Хорошо. — Я киваю, а у самого паника разгоняется. Вдруг она про откат узнала? Хотя ей-то

какое дело?

Полная каша в голове. Маша её ненавидит. Говорила, что Лиза, как её надзиратель, и конченая

стерва. Что ей надо?

— Помоги только, пожалуйста, — Елизавета указывает на пакеты у ресепшена. Четыре

здоровенных пакета из «Азбуки вкуса» и упаковка воды. — Сама не донесу.

Подхватываю все сразу. Пакеты тяжёлые, вода постоянно норовит выпасть, но надо

выслуживаться. Врубаю режим «вежливый мальчик» на полную. Пусть потом Маше передаст, какой я

хороший и безотказный.

В лифте едем в неловкой тишине. Лиза смотрит на меня, а я на цифры этажей.

— Что за год такой, — вздыхает Елизавета. — Только ноябрь начался, а мы уже в сугробах. У

тебя задний привод? Не застреваешь?

— Да, задний, — отвечаю. — Пока нет.

— А резина у тебя какая?

— Липучки. Пирелли Скорпион.

— И у меня липучка, — кивает она. — Я на такси пересела. Невозможно просто сейчас стало.

Хорошо, что в доме будет подогреваемый въезд и отапливаемый гараж. А как шоссе чистят,

нормально?

— Если жёсткий снегопад, бывают пробки. И платку не сразу чистят.

— Долго добираешься? Не выматывает? Не знаю, как из центра за город уехать. Кажется,

столько времени впустую будет уходить.

— Бывает напряжно, да. Но я привык. Мы всегда за городом жили. Вроде класса с пятого.

— А я всю жизнь в центре живу. Может, первое время только на выходные будем туда

выбираться.

Лифт открывается, следую за Машиной мачехой, прохожу за ней.

— Ты у нас был? — Разворачивается ко мне и улыбается.

— Да, — отвечаю и тут же вспоминаю, что Маша боялась, что Елизавета нас спалит. Решаю

сгладить. — Один раз Машу подвозил.

— Понятно, — видно, что не верит. — Значит, знаешь, где тут всё. Продукты здесь оставь,

потом разберу. Вино не предлагаю, чай, кофе хочешь?

— Да, спасибо. Чай.

Раздеваюсь и прохожу за Елизаветой. И тут резкий стоп.

Воздух другой. Я даже не сразу понимаю, что именно, а потом доходит, что пахнет Машей. Её

церковными духами. Что-то сладковатое с ладаном.

Затягиваюсь и смотрю на дверь в её спальню. Она приоткрыта. Видно край её кровати, на

которой много что было…

Я так жду, что она сейчас выйдет. Услышит голоса, увидит меня и…

Ничего. Тишина.

Тяжело вздыхаю и прохожу на кухню.

— Ты какой чай любишь? — спрашивает Елизавета, не оборачиваясь.

— Да без разницы. Если есть китайский какой-нибудь, то его.

— Да Хун Пао?

— Да, класс.

Пока Машина мачеха готовит мне чай и наливает себе вино, чувствую себя, как в кабинете

директора. Что она от меня хочет вообще? Зачем я ей сдался? Почему она со мной

разговаривает? Маша же говорила, что они еле терпят друг друга.

Может, она просто хочет меня проверить? Выяснить, что я за человек? Или, наоборот,