Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 55 – Яна Ланская

Давай пиццу закажем? Посмотрим «Гарри Поттера» или в соньку поиграем?

Я смотрю на его сияющее лицо, на веснушки, которых стало больше, и чувствую, как что-то

тяжёлое и гадкое отступает.

— Конечно! Сейчас затусим! — говорю я и обнимаю его крепко, пряча лицо в его мягкие волосы.

Лиза с папой выходят из спальни уже одетые. Лиза сияет в новом платье. Папа здоровается со

мной мимолётом, закручивая запонки.

Слушаю их нотации, обещаю не кормить брательника запрещёнкой и вести себя хорошо и с

радостью выпроваживаю.

Как только дверь закрывается за ними, мы с Сашей уносимся беситься. А потом не идём, а

бежим на Центральный рынок, как два сбежавших из тюрьмы арестанта.

Мы объедаемся фаст-фудом и упиваемся коктейлями. Затем берём с собой сладкого в каждом

корнере и под конец кучу мармелада. Саша несёт пакеты домой, важный и довольный.

Дома заваливаемся ко мне на кровать, включаем «Гарри Поттера и узника Азкабана» и едим

десерты прямо из коробок. Руками! Я смеюсь над его комментариями и слушаю его школьные

истории. На Ордине Феникса он засыпает у меня на плече. Я не выключаю телевизор, просто

лежу, глажу его волосы и чувствую абсолютное спокойствие. Сегодняшний безумный день с Петей,

похотью и предательством остался где-то там, за стенами этой квартиры. Здесь только счастье,

запах чизкейка и искренняя любовь брата.

Утром нас будит Лиза. Она стоит у изголовья и смотрит на наш беспорядок: коробки, крошки,

пустые стаканы. Я прямо чувствую её недовольство и разнос, который она вот-вот устроит.

— Вставайте. Через полчаса выезжаем смотреть дома. Завтрака не будет. Позавтракаем в

ресторане коттеджного посёлка после первого просмотра.

Она разворачивается и уходит, оставляя в воздухе свои удушливые духи и приказ.

Мы с Сашей переглядываемся, вскакиваем с кровати и начинаем лихорадочно убирать улики.

Потом бежим собираться. На душ ровно пять минут. Я натягиваю джинсы и боди, думаю об удобной

обуви, сегодня наверняка предстоит много ходить. Хочу надеть снова ботинки от Вивьен

Вествуд, но нужны стельки, чтобы не стереть ноги.

Все уже одеты и ждут меня. Долго копошусь, перекладываю вещи из одной сумки в другую. Вижу,

что папа буквально через мгновение взорвётся, но всё равно медлю. Всё валится из рук.

— Давай быстрее, — подгоняет меня Саша, замечая папин взгляд.

— Всё-всё! Выхожу, — встаю с банкетки и накидываю шарф.

— Забыла сказать, — заходит Лиза в квартиру обратно и кивает в сторону холла. — Тебе вчера

доставили. Вы уже спали. Там записка, кто-то просит тебя ответить ему.

Я поворачиваю голову. На мраморной поверхности столика посреди холла стоят цветы. Точнее

композиция. Мрачная, готичная. Чёрные с фиолетовым отливом орхидеи.

Я подбегаю к ним и выуживаю записку. Замираю, сжимая карточку в пальцах. Внизу живота

чувствую сладкое предательское тепло и давление. Радость. Ликование. И уважение. Как к герою

и как к человеку. После моих слов, обвинений и побега с игнором, он не отступил.

— Маа-шаа! — Папа уже выходит из себя и я вылетаю из квартиры. Внутри меня хаос.

— Мэри, подожди! — Кричу в темноту, прошу её остановиться, но она уже смешивается в толпе

покидающих универ студентов. Сердце колотится от несправедливости. Чёрт. Чёрт! ЧЁРТ!

Я делаю шаг, собираясь броситься за ней, посадить в машину и объяснить всё наедине, но