Книга Развод. Я взлечу, а ты ползай, страница 9 – Галина Колоскова

— Да, — киваю, чувствуя, как сжимается желудок. — Говорил о «сомнениях коллекционеров».

— Стандартная формулировка, — кивает Седов. — Третья фаза, которая последует после того, как вы останетесь без текущих контрактов и с подпорченной репутацией — это предложение мирового соглашения на его условиях. Квартира на Рублёвке в обмен на отказ от претензий на интеллектуальные права, общие активы и, что важнее всего, на ваше молчание.

Я смотрю на него, и мне физически не хватает воздуха. Это не цена за сцену ревности. Это системное, хладнокровное уничтожение, продуманное давно и детально. Не хочется верить, что у Олега всё получится, поэтому возражаю:

— Он не может просто… отнять моё имя. Мою экспертизу…— Хотя внутри уже поселился червь сомнения и начинает глодать.

— Может, — парирует Седов. — Если вы позволите. Ваше имя сейчас — это бренд, привязанный к контексту «успешная пара», «муж-спонсор». Он этот контекст разрушает. Вам нужно срочно создать новый. Независимый. И подкрепить его реальным, финансово весомым проектом. Пока у вас есть только прошлые заслуги. В мире, где Олег Валерьевич контролирует нарратив, они очень быстро превратятся в «заслуги, обеспеченные исключительно его поддержкой».

Он делает паузу, снимает очки, протирает линзы салфеткой.

— Илья был прав, отправив вас ко мне. Вам нужна не защита в суде. Вам нужна стратегическая операция по сохранению суверенитета. Вы готовы к жёстким решениям? Не к эмоциональным, а к расчётливым?

Нервно сжимаю руки на коленях. Готова ли я? Вчерашняя Алиса Сомова — нет. Та, что вышла из лофта с одной сумкой, — нет. Но та, что провела ночь в анализе каждого совместного проекта, каждых вложенных не денег, а идей, — она уже здесь.

— Я готова, — отвечаю совершенно твёрдым, уверенным голосом.

Он довольно кивает:

— Отлично. Первое: я направляю письма всем вашим текущим партнёрам. Официальные, на фирменном бланке. О том, что любые попытки давления или пересмотра контрактов по непрофессиональным причинам будут расценены как вмешательство в деловую деятельность и повлекут судебные иски…— Пристальный взгляд оценивает каждое проявление эмоций на моём лице. Чувство такое, будто по мне водят сканером. — Это не остановит Олега, но заставит его действовать осторожнее. Второе: мы начинаем подготовку встречного иска. Не только о разделе имущества. О нарушении деловой репутации. Будем бить по его имиджу рационального бизнесмена, превратившего личный конфликт в корпоративную войну. Это дорого. Долго. И морально истощает.

Он смотрит на меня, оценивая. И предлагает, заметив, как дёрнулись мои руки:

— Но есть и третий путь. Более быстрый. Создать новый актив такой силы, что все старые интриги померкнут. У Ильи для вас есть деловое предложение. Я рекомендую его выслушать. Он ждёт вас в ресторане на первом этаже.

Илья… Человек из лифта. Человек, видевший меня с дорожной сумкой в самый мой унизительный момент. И теперь он хочет со мной говорить о бизнесе?

Что я теряю? Ничего! Стоит узнать, что может предложить посланный кем-то сверху иль снизу незнакомец? Решаю, что стоит.

— Согласна.

— Тогда встретимся позже.

Ресторан — небольшой, тихий, с кожаными диванами и низкими столиками. Илья уже здесь. Сидит, внимательно изучая меню. На нём тёмно-серый пиджак, под ним — водолазка на пару тонов светлее костюма. Он поднимает взгляд, замечает меня, встаёт. Не думаю, что из-за галантности. Из уважения к деловому партнёру. По крайней мере, хочется верить, что его предложение окажется стоящим.