Книга Кавказ. Не та жена, страница 20 – Галина Колоскова

— Это вы… швей ищете?

Ко мне приходят женщины. Разные. Молодые и не очень. С испуганными глазами и руками, изуродованными годами тяжёлого труда. Они осматривают светлую, пахнущую новизной мастерскую с недоверием и надеждой.

Я не умею проводить собеседования. Разговариваю с ними. Спрашиваю об опыте. Показываю машинки. Некоторые уходят, испугавшись незнакомой техники. Некоторые остаются. Я нанимаю трёх. Самых отчаянных. Самых голодных до работы.

И начинается ад организации. Я не знаю, как распределить обязанности, как учесть расход ткани, как следить за качеством. У меня нет системы. У нас всё валится из рук. Мы – то простаиваем без дела, то работаем впопыхах, совершая ошибки. Я чувствую, как деньги утекают сквозь пальцы, как сроки по заказам поджимают, а мы не успеваем.

Одна из швей, Людмила, самая опытная, подходит ко мне вечером, когда другие ушли.

— Хозяюшка, – говорит она мягко. – Так нельзя. Надо раскрой отдельно, шитьё отдельно, отделку отдельно. А мы делаем это всё сразу, и получается каша. Доверь мне руководить раскроем. Я знаю, как экономнее класть ткань.

Я смотрю на неё с надеждой. Люда необразованная женщина из станицы, но в её глазах – жизненная, практическая хватка. Та, что у меня отсутствует напрочь.

— Хорошо, – соглашаюсь я, перебарывая внутреннее сомнение. – Ты будешь старшей по раскрою.

На следующий день Людмила вырезает лекала из картона и организует процесс так, что отходов ткани становится в разы меньше. Другая женщина, Ольга, предлагает вести учёт на простом тетрадном листе. Третья, совсем юная Катя, оказывается, отлично разбирается в соцсетях и сама предлагает вести страничку мастерской.

Смотрю на них и чуть не плачу от счастья. Понимаю, что не должна всё знать и уметь. Я должна доверять тем, кто рядом. Слушать. Объединять. Та самая «недалёкость», в которой меня упрекал сын, оборачивается силой – умением признавать собственную неправоту и принимать помощь.

Я не бизнес-леди. Я – творец и… сердце нового предприятия. Придумываю дизайн, ищу новые ткани, задаю направление. А они – опытные, умелые руки – воплощают задуманное мною в жизнь.

Мы шьём первую крупную партию. Простые бортики, но уже не в виде зверюшек, а более стильные, современные. Я упаковываю их в крафтовую бумагу с логотипом, который придумала сама – «Аминэт. Вещи с душой».

Раздаётся звонок. Получаю первый оптовый заказ из детского магазина в Краснодаре. Они увидели наши изделия в соцсетях. Называю цену, задерживая дыхание. Менеджер на том конце провода немного торгуется, но соглашается.

Я кладу трубку и с растерянным счастьем в глазах смотрю на швей. Их усталые лица озаряются улыбками. Мы сделали это. Мы не как говорит Накар – «сшили тряпки». Мы заработали деньги. Все вместе.

Вечером остаюсь в мастерской одна. Включаю одну машинку и делаю несколько строчек на очередном изделии. Ровных, уверенных. Гул машины больше не кажется мне чужим. Он – часть меня. Часть новой Аминэт.

Жизненная хватка, дремавшая во мне годами, наконец-то просыпается. Ещё слабая, неуверенная. Но она – есть. И это уже победа. Не над Накаром. Над самой собой. Над той запуганной, униженной женщиной, которой была ещё совсем недавно. Я зашиваю душевную рану не нитками, а метрами ткани, и с каждым швом становлюсь сильнее.