Книга Жажда, страница 39 – Анна Котляревская

— Интересно же ты меня ненавидишь, Алина… – мужчина возвращает взгляд ко мне, заставляя смотреть прямо в глаза. Тону в Турции, заваренной в его глазах…

Потешность ситуации я оценила, но смолчала. Мой рот занят вкусным леденцом… Пока не доем, не успокоюсь.

— Дурманишь, Луна, так дурманишь… – выдыхает он, кладя ладонь на мои волосы.

Обвожу языком по головке, втягивая мягкую плоть. Подключаю руку, стимулируя кровообращение в члене ускориться.

— Я более соблазнительной картины, сука, в жизни не видел… – рычит мужчина, сводя от напряжения брови. – Твоему ротику очень подходит мой член, сладкая украиночка…

Я втягиваю ствол посильнее, выпуская «вкусный» звук. Слова наглого турка заставляют мою киску увлажниться.

— Я бы хотел, чтобы ты ненавидела меня глубже… – выдыхает Демид, нажимая на мою голову.

Я убираю руку, заглатывая член. Сосу, чувствуя как мужчина сладко двигается в моем рту. Толчки не сильные и я благодарна ему за это. Дышать оказывается тяжело, но это меня не волнует… потому что мужское рычание отключает инстинкт самосохранения в моем организме. Дырочка завывает от возбуждения.

— А-айлин… – выдавливает турок и резко отрывает голову от кресла. – Встань.

В глазах перегорели последние предохранители. Приказ срывается с перекошенных от желания уст мужчины. Говорю же, что у этого джентльмена крышу сносит регулярно. И мне нравится быть причиной этого.

Поднимаюсь, моя киска оказывается на уровне его лица. Мужчина снимает футболку, обнажая свои рельефы. Их так много, что можно всю ночь целовать. Пододвигается поближе и обводит языком мой клитор. Ножки дрогнули мгновенно… Боже! Его язык крадется ниже, раздвигая мои лепестки… не контролируя свое тело, я развожу ноги…

— Течешь… блять, – кусает меня там в прямом смысле, но так нежно… что стон накрывает мое сознание.

Зверь срывается с места, подхватывая меня на руки. Мои ножки фиксируются на его бедрах, а киска зажимает каменный стояк. Несет меня в ванную, засовывая свой язык в мой рот самым наглым образом. Это не поцелуй, нет… Демид трахает мой рот языком, рычит и что-то бормочет на турецком… не исключено, что это ругательство.

— Ты зачем это сделала? – прижимает меня к стенке.

— Потому что хотела этого… хотела тебя, – облизываюсь, ерзая бедрами.

— Повтори… – хрипло приказывает.

— Я так сильно ненавижу тебя, что хочу… – шепчу ему на ухо и кусаю за мочку.

В ванной комнате мягкий свет, выглядит она традиционно – много мрамора песчаного цвета, бронзовые кувшины большого размера, посередине ванна со ступеньками, а с другой стороны что-то вроде открытой душевой. Демид со скоростью дикого самца несет меня именно туда.

Моя спина снова ударяется о стенку, на этот раз случайно включая душ, сразу же начинающий литься на нас. Мужчина отпускает меня, чтобы сорвать с себя мокрые джинсы и нижнее белье. Рассматриваю огромного турка с восхищением. Кажется, и сама хочу быть захваченной… Я бы ему проиграла в любой игре, чтобы навсегда оказаться в плену его тела.

— Схожу с ума от тебя, украиночка… – признается.

Наклоняется и целует в плечо. Обнимаю его спину и чувствую, как меня снова подхватывают за ягодицы.

— Мне это подходит, наглый турок… – выдыхаю, когда мое тело насаживают на член. О-о-о-о…

С прилагательным я не ошиблась, потому что Демид не церемонится, запихивая ствол по самые яйца. Вскрикиваю несколько раз, крепче цепляясь за его плечи. Волосы сексуально увлажняются, падая на его виски. С густой бороды течет вода… а взгляд… боже. Горячий кофе вернулся, обжигая мою кожу. Ни капли меда в нем… только острый сычуаньский перец.