Книга Дочка от отца бывшего, страница 62 – Ксения Фави

Мои волосы уже высыхают, когда территория дома вспыхивает от фар. Мне хочется выбежать на крыльцо. И… я в этом себе не отказываю. Вываливаюсь из входной двери почти сразу в объятья Платона.

— Я так соскучился.

Он шепчет мне куда-то в волосы. И тут же осыпает поцелуями затылок, щеки, мочки ушей. А я просто крепко прижимаю его к себе за плечи.

— Я тоже очень скучала.

Мы, наверное, смешные со стороны. Ведь разлучались на три дня! Но дело не в сроках, а в чувствах.

Филатов сгребает меня в охапку, отваливается к стене дома и крепко целует. Так, что у меня губы начинают гореть! Он и сам как будто только из костра. Жаркий, с отблесками в глазах. И ненасытный, как сам огонь. Я же с радостью ныряю в самый эпицентр.

— Мм… — проходит время, пока наши губы разлучаются. — Платон, нам надо поговорить.

Я столько выжидала, а теперь хочу как можно скорей расставить точки. Чтобы Дуся завтра уже законно называла этого мужчину папой. Или… Нет, я надеюсь на хороший исход.

— Здесь?

Мотаю головой.

— Пошли в дом.

Платон подхватывает чемодан, другой рукой держит мои пальцы. Я крепко цепляюсь за них. Как будто он мне поможет ему же и признаться.

— Ребята на меня обидятся, — смеется мужчина в прихожей, — но я смылся с последних дней мероприятия. Там уже народ в основном развлекается. А я захотел к вам.

От таких слов я таю. Но расслабляться рано.

— Я очень-очень рада, что ты приехал! Пойдем в гостиную?..

Мужчина оставляет вещи у дверей гардеробной. Идет за мной в большую комнату. Я увлекаю его на диван и не отпускаю его руку. Мы присаживаемся, поворачиваемся друг к другу.

— Так что произошло? — Платон уже хмурится.

Опускаю на миг глаза. Да, время точно пришло.

— Платон, я не должна больше молчать… Да и не хочу. Возможно, у тебя самого есть догадки. В общем… Дуся — твой ребенок. Это твоя дочка, Платон.

Чувствую, как напряглась его рука. Из горла мужчины вырывается звучный выдох. Глаза на миг прикрываются. Я не дышу.

— Значит, все-таки моя?

Он предполагал… Но я пока не могу понять его настроя. Только ощущаю зашкаливающее напряжение.

— Ты не хотел больше детей… Да и я, естественно, не планировала…

— Да мало ли, что мы планировали! — он резко перебивает. — Дуська моя! Я уже мало чего опасаюсь в жизни. Но честное слово, я так боялся ошибиться!

В нем столько эмоций. И они отзываются во мне так, что трудно дышать.

— Ты думал про это? А почему не спросил?

Платон проводит ладонью по коротким волосам.

— Хотел, чтобы ты сама доверилась. Или все-таки чертовски боялся, — он вдруг широко улыбается и жмет плечами.

— Ты счастлив? — морщусь.

— Где же ваша хваленая интуиция, Катерина? Я чувствую себя самым ловким везунчиком на планете. Была не такая большая вероятность…

Он намекает на то, как всё у нас происходило, и я смущаюсь. Мы старались обезопасить себя и друг друга… Но близость была далеко не раз за ночь и… В какой-то момент защита дала сбой. А мы ничего не замечали от страсти.

Может быть, тогда вмешалась судьба. Не зря я сама себя не узнавала наутро. Хотя рядом с этим мужчиной я становлюсь совсем другой. И хочется верить, что это взаимно.

— Поднимемся к дочке? — вырывает меня из сладких грез Платон.

— Да, конечно.

Быстро киваю. Он тоже меняется. Чайлдфри готов стать самым безумным папочкой. Смеюсь от этой мысли.