Книга Дневник невестки: замужем за мамсиком, страница 53 – Аиша Идрисова

4. Я устала быть «хорошей девочкой» — девочкой, которая никогда не откажет, всегда поймет и войдет в положение, устала с улыбкой выслушивать гадости о себе… Чему я научу своего будущего ребенка? Быть терпилой, как его мать?

Солнце медленно вставало над городом, а в груди моей зрело решение. Я уйду из профессии — когда же пробовать, как не в декретном отпуске? Я буду растить ребенка одна, работать как лошадь круглые сутки, но обеспечу ребенка всем необходимым. А отец… Какой же это отец, если он при малейшей опасности бежит к мамочке под юбку и прячется там? Да, жить с Эдиком я больше не смогу. Значит, необходимо оформить развод. Видеть его больше не хочу! Черт, а я ведь уже пообещала, что сообщу ему результаты экспертизы.

Да, вчера снова была у генетика и он опроверг мои сомнения — ребенок полностью здоров, развивается как положено. Сказать, что я была на седьмом небе от счастья, я не могу — за пару недель до этого я приняла твердое решение оставить ребенка, каким бы он ни был. Но облегчение, конечно же, испытала.

Долго колебалась — написать или нет, но, решив, что отец имеет право знать такие подробности, отправила коротенькое сообщение: «Ребенок здоров. Завтра подаю на развод».

И по-моему, это правильно.

8:00

В превосходном настроении отправилась на работу. Не успела открыть дверь класса, как в ту же секунду раздались крики «С днем рождения, Анна Александровна» и в глубине класса заиграла флейта. Конечно, Васюткин. Возбужденные ученицы подпрыгивали вокруг него с розовыми шариками: «Садитесь, Анна Александровна, садитесь, мы для Вас кино сняли!»

На белом экране под музыку замелькали фотографии нашего класса: это мы в походе, здесь встречаем Новый год, а тут мои девятиклашки совсем малыши — фото сделано пять лет назад. На глаза навернулись слезы — как много мы прошли вместе. Смогла ли я их научить чему-то хорошему? Очень надеюсь, что это хорошее не ограничивается правилами орфографии и пунктуации.

— Не плачьте, не плачьте, Анна Александровна! — Маринина, отличница моего класса, подбежала ко мне и приобняла за плечи, — Мы Вас очень любим, вы наша самая классная мама. Мы приготовили Вам подарок…

Васюткин закончил играть. Под всеобщие аплодисменты и восторженные крики Прокофьев внес в класс букет цветов и огромный торт.

— Спасибо, мои дорогие! — я еле сдерживала слезы (Что это со мной), — Это самый лучший, самый дорогой подарок для меня! Я тоже вас всех очень люблю.

Урок был сорван. Мы сдвинули столы вместе, принесли из лаборантской стаканчики и стали пить чай с тортом, попутно вспоминая забавные истории из общего прошлого.

— Да, Анна Александровна, — повернул ко мне сияющее лицо Ромка, — Спасибо Вам за помощь. Уж не знаю, что Вы там сказали маме, но только предки теперь сами хотят, чтобы я поступил в училище искусств. Так что респект Вам и уважуха, — и, потеряв ко мне интерес, Васюткин переключился на соседку.

Может быть, зря я собираюсь уйти из профессии? Вот и ребенку помогла осуществить его мечту…

Мои размышления прервал Прокофьев.

— А я окно разбил у директора, — радостно сказал он, — Сегодня опять Ромашкин придет, — он сделал умное лицо, — для проведения профилактической беседы.

А нет, все-таки не зря.

14:00

После уроков отметили день рождения с коллегами в учительской, и я уже была не совсем уверена, что хочу уйти из этого прекрасного коллектива. Учителя подарили мне подарочный сертификат в «Детский мир» и букет ярких гербер.